Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

Самому Фельсенбургу хотелось перекусать вообще всех, а приходилось переминаться с ноги на ногу и внимать начальственной беседе. Думать не выходило из-за злости, за которую, теперь это было очевидно, следовало благодарить китовников. Несколько тысяч белоглазых, пусть и не успевших завестись, действовали на Руппи, как чужие жеребцы на Морока. Держать себя в узде пока удавалось, но что будет, когда сражение начнется всерьез, а тебе так и придется торчать со старыми пнями и смотреть с горки, как сволочь, которую только резать, лезет вперед?!

– …своих обязанностей. – Шрёклих глядел на Хеллештерна, мягко говоря, без нежности. – Ваше, не побоюсь этого слова, гвардейское пренебрежение к тем, кто делает ваши же парады возможными, начинает удручать.

– Ну и когда у нас будет повод для парада? – Георг нахлобучил шляпу почти до самого носа. – Пока у вас получаются разве что похороны и ретирады. Фок Неффе хотя бы глинтвейн раздать в состоянии, а Вирстен – расстрелять.

– Исключительно согласно закону и приказам командующего, – не преминул уточнить канцелярист. – Злословие не в моей компетенции, однако слушать вас в самом деле неприятно.

– Взаимно.

– Хватит, господа! – Бруно вытащил украшенные сапфирами часы, резко щелкнула крышка. – Десять и три четверти. Не будем менять заведенный распорядок. Хеллештерн, вам пора к вашим людям. Гутеншлянге, останетесь здесь за старшего, горячий шадди и праздничный пирог вам подадут, остальных прошу со мной.

Господа дружно, хотя и с разным выражением, наклонили головы. Молчаливый родственник – с явной тоской, нет, не по фельдмаршальским салфеткам, по печке. Шрёклих – хмуро, в нынешней сваре с, пожри их миноги, соотечественниками начальник штаба чувствовал себя неуютно, а вот интендант, наоборот, обрадовался и потер руки. Оголодал, холера!

– Приятного аппетита, господа, – Хеллештерн щелкнул каблуками и красиво сбежал по припорошенному снегом склону вниз, к лошадям. Бруно бегать не собирался, и начальство чинно двинулось загодя притоптанной молодцами Неффе дорожкой к спуску, постепенно обрастая адъютантами и охраной. Через дюжину шагов Шрёклих обошел по целине Вирстена и догнал возглавляющего шествие фельдмаршала.

– Господин командующий, – начальник штаба был тверже мороженой рыбы. – Прошу разрешить мне остаться. Я высоко ценю фок Гутеншлянге, но мне не хотелось бы упускать из виду происходящее даже на несколько минут.

– В свое время, – Бруно и не подумал остановиться, – на вас произвела слишком сильное впечатление манера Кэналлийского Ворона. Алва в самом деле склонен пренебрегать подготовкой и атаковать прямо с марша, но перед нами даже не лебедь, а выбравшийся на берег кит. Мы можем позволить себе выпить даже не одну, а две чашки.