Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3
Шар Судеб, задержавшийся было на гребне Излома, срывается вниз, сминая судьбы и руша отлично продуманные планы. Но ведь есть и те, кто смахнет карты со стола и начнет сначала, бросив на кон всё и посмертие. Сбрасывает всадника становящийся пламенем конь, но если выпал шанс шагнуть за грань – нужно шагать.Читает накорябанный поверх черновика стихов приказ маршал Капрас. Смотрит в спину уходящим на смерть полковник фок Фельсенбург. Клянется в заведомо невозможном Селина Арамона. Маршал Савиньяк может больше себя не беречь: вернулся регент, ну а герцог Алва себя и не берег никогда. Кровь на эспере, кровь на клинке, кровь на снегу, кровь и конские следы. Зимний Излом. «Четыре армии и праздник. Будет весело. Очень».
– А я-то решил, это родич ваш по матушке мудрит… Рафиано в смысле. Заехал бы к нам, нашел что-нибудь этакое, ну и назвал бы!
– Да на кой он тут сдался! – вспоминать нуднейшие уроки становилось все веселее. – Кто первый новое отыщет, тот и называет. Есть ель святого Арчибальда, ель Сэц-Эдварда, ель Эльвиры…
– Выходит, всем можно?! – На физиономии разведчика читалось недоверие, смешанное с… охотничьим азартом.
– Всем, – подтвердил виконт. – Ты найдешь – будет тебе ель… ну, пускай, островерхая Кроунера или, если захочешь, ель островерхая Бабочки.
– Надо же! – взгляд капрала зашарил по окрестностям. – Так прямо и запишут?
– А куда они денутся? – хмыкнул Арно. – Нашел, описал, обозвал, и с концами, никто не отменит.
Не подозревавшая об открывающихся возможностях Бабочка взмахнула прегустым, не у всякого линарца такой, хвостом и, принюхиваясь, зафыркала.
– Дымком тянет, – перевел Кроунер. – Ди-сло-ка-ция, надо думать… А как узнать, какую елку не назвали еще?
Под умную беседу перевалили увенчанный какой-то развалиной холм и оказались над небольшой симпатичной долинкой.
– Налицо видимое от-сут-стви-е наличия, – определил сразу позабывший о науке Кроунер. – Как корова языком.
Арно вытащил из чехла подаренную Эмилем трубу. «Отсутствие наличия» было почти полным. Несколько больших палаток на дальней окраине, пустые загоны, до десятка обозных фур и обширное пятно вытоптанного снега с черной сыпью кострищ – вот и все, что осталось от корпуса.
– Да уж, – пробормотал себе под нос виконт, – Варзова тут нет. Вопрос – куда он делся?
– Пе-ре-дисол-цировался, – с удовольствием объяснил капрал, – по стар-те-гической надобности. Глянуть?
– Вместе глянем, – драгоценную трубу Арно убрал в футляр с достойной Райнштайнера аккуратностью. – Выглядит вроде мирно.
– Никаких подвохов, – подтвердил разведчик.
– Их и спросим…
Катавшие здоровенные снежные шары мальчишки наперебой объяснили, что старый маршал увел своих пять дней назад. Хворых оставил и увел. Где оставил? Кого в усадьбе, а кто покрепче, тот в лагере. Там еще и обозники торчат, опоздали которые… Вот злились-то, умора!
В лагере болталось до полусотни человек: припозднившиеся обозники, больные, дюжина раненых и пара лекарских помощников. Эти знали, что маршал отправился на поиски дриксов.

















