Шевалье

Та уже перестала сотрясаться под тяжелыми ударами твари. Теперь её когти со скрежетом и лязгом скребли по стене, будто-бы понемногу перемещаясь выше. Твою ж мать. Только на крыше нам этой бесоёбины не хватало.

— С превеликим удовольствием, — хмыкнул капитан, от чего в комнате повисло неловкое молчание. Остальные видимо пытались понять, какое удовольствие может быть в пытках, а я вот не мог выбросить из головы древний мемас времён доспутникового интернета. Там тоже была просьба подсобить, и «с превеликим удовольствием» и два мужика посреди леса. А вот, что было потом, лучше не вспоминать.

Ещё кошмары потом будут снится.

— С чего начнём, — деловито поинтересовался Бернард доставая кинжал, и подходя к девушке со спины, — Ухо, пальцы или сразу глаз?

Тело у стены вновь глухо зарычало и задёргалось. Тур же презрительно сплюнул и вышел в соседнюю комнату. Ему участвовать в подобном не слишком приятном действе, мешала религия. В буквальном смысле.

— Генри, на пару слов, — Айлин тронула меня за плечо и отозвала в сторону. Зараза, а тебе то чего надо?

— Ты и впрямь собираешься её пытать? — тихо поинтересовалась девушка, стараясь говорить так, чтобы не услышала пленница.

Я же наоборот «секретничать» не собирался. Тем более, что мой ответ вполне мог сойти за часть воспитательной работы.

— И впрямь, — кивнул я, кинув короткий взгляд на связанную девку, — А что?

— Может не стоит? — как-то неуверенно бросила Айлин, — Я понимаю, что у местных иные нормы морали, но мы то… В общем… Не знаю, как сказать, — девушка замялась, пытаясь подобрать слова, — Не стоит становиться, как они и терять остатки человечности. Хотя-бы её не трогай.

— Что-то тебе человечность не помешала сжечь заживо почти три сотни человек, — хмыкнул я, — Да и я последние остатки налёта «цивилизованности» потерял, когда стаскивал сапоги с зарубленного мной бандита посреди лесного тракта, — немного помолчал и тихо добавил, толи для самоуспокоения, толи для того, чтобы успокоить колдунью, — Им всё одно — хана.

Староста их вздёрнет, как пить дать. Так какая разница в каком состоянии он будет их вешать. Впрочем… Ты мне подала одну интересную идею. Дирк. Тащи ещё стул. Дельрин, а ты мне дай вон того, который сильнее всех дёргался. Здаётся мне, это её любовничек. Вот и посмотрим, как она будет молчать, когда мы начнём калечить уже его.

Девушка дёрнулась так, что чуть не упала со стула. Однако Бернард не позволил ей этого сделать, вовремя схватив за плечо и приставив кинжал к горлу. Рыцарь же вытащил из груды тел ещё одного пленника, бесцеремонно подволок его ко второму табурету, усадил на него и тоже сорвал плащ и кляп, который тому предусмотрительно затолкали в рот.

— Это ты зря, — пожал плечами я, кивнув на кляп, — Орать ведь будет, когда начнём резать.