Шевалье

Наугад. Достал и со всей силы метнул вперёд. Раздался тихий, протяжный звон. Монетка несколько раз стукнулась о камни и замерла. Тварь тоже замерла, прислушиваясь к глухой тишине ночного города. Зараза. Разорить меня хочет.

Вслед за первой монетой отправилась вторая. Монстр сорвался с места, проскрёб когтями по крыше соседнего дома и с глухим грохотом спрыгнул на пыльные камни мостовой. На мгновение мне удалось увидеть его силуэт в серебристом лунном свете. Высокая, в два человеческих роста, тощая тварь, с длинными когтями. Её вытянутая морда и впрямь напоминала то ли медвежью, то ли собачью, но в остальном все сходства с этими зверьми заканчивались.

Длинные, трёхсуставные ноги, выглядели на первый взгляд нелепо и странно, однако именно они позволяли твари развивать чудовищную скорость и совершать молниеносные рывки в сторону добычи. Больше ничего разглядеть не получилось. Силуэт вновь растворился в полумраке."

"Я вновь двинулся вперёд. Медленно. Осторожно. Стараясь не привлекать к себе внимания и не шуметь.

Тварь уже была далеко впереди, пытаясь отыскать источник внезапного шума.

А до проулка оставалась всего пара шагов, как вдруг из него вынырнули два мрачных силуэта. Я встал, как вкопанный. Рука метнулась к эфесу меча.

Судя по поблёскивавшим в лунном свете капеллинам, эти двое были бойцами, а не загулявшими допоздна кметами. Один из них сжимал в руках готентаг — длинную дубину с шипом на конце. Второй же вооружен был биллхуком — чем-то средним между копьём и боевой косой. На котте у одного из них красовалась оскалившаяся голова волка.

Глава 20 «Фанатики»

Оголовье готентага с грохотом скользнуло по шлему и соскользнуло на наплечник.

Перед глазами заплясали яркие цветные пятна, а в голове появился неприятный шум. Я инстинктивно отшатнулся назад. Очень вовремя, ведь в следующую секунду прямо перед моим лицом просвистело лезвие биллхука. Дерьмо. У этих подонков явное преимущество на длинной дистанции.

Я сплюнул и отступил ещё на шаг, оценивая обстановку. Враги не спешили. Они, гнусно ухмыляясь, обходили меня с двух сторон. Один из них явно собирался меня отвлечь, а второй — напасть со спины. Хреново.

Гамбезон не защитит меня ни от шипа готтентага, ни от кривого лезвия биллхука. Но отступать нельзя. Хер его знает, где сейчас тварь. Может, ушла, а может — сидит наблюдает. Нельзя выходить к своим, даже если есть малейший риск притащить её на хвосте. Значит придётся драться.

Боец с готтентагом шагнул вперёд, занося свою дубину над головой. Вот он мой шанс. Рывок. Свободная рука несётся ублюдку прямо в челюсть, клинок остриём нацелился в пузо. Удар. Враг пошатнулся. Пошатнулся, но не упал.