Скалка

— Поедем со мной и поговорим как взрослые люди. А потом отвезу тебя в общагу, раз тебе так приспичило там жить.

Она молчит, а потом со злостью дергает плечом, да так сильно, что Морозов ее отпускает.

— Вика! — выдыхает парень. — Никто не виноват, что так произошло.

Что произошло-то? Неуютно стоять на ветру, ничего не понимая, но чувствуя, что эти двое друг друга готовы если не убить, то поколотить как минимум. Вика даже кулаки сжала, а мажор вдруг кладет руку ей на плечо. Самоубийца! Она его точно двинуть может. Вот тебе и Туева!

— Мне полицию вызвать?

От голоса Туевой стало еще холоднее.

— Зачем полицию?

Я вздрагиваю от знакомого голоса.

— Что у вас случилось, Виктория?

Я даже не заметила, как Холодов подошел к нам. Он давно тут стоит? Все-таки как хорошо, что он рядом.

— Не лезь… те… пожалуйста! — Морозов оборачивается к Ярославу и зло цедит сквозь зубы: — Это моя сестра, и я сам разберусь!

Чего? Сестра? Я не ослышалась? Да там с лупой не найдешь у них ни одной общей черты. Вика — высокая и тонкая как тростинка, с темными прямыми волосами, глаза слегка раскосые, тонкие губы, высокие скулы… Морозов — шатен с типично славянским лицом, как про таких говорили раньше: кровь с молоком.

Наверное, сводные. Ну или двоюродные.

Холодов тоже выглядит удивленным, даже привычное надменное выражение лица куда-то исчезло. Вот зуб даю, он сейчас думает о том же, о чем и я.

— Сестра? — произносит как бы сам себе, но смотрит на Вику. — Это правда?

— Вранье! Я единственный ребенок в семье, — отвечает она, не давая Морозову возразить (а тот уже рот открыл), подходит ближе к Холодову и громко произносит: — Ярослав Денисович, проводите нас с Тамарой, пожалуйста, до остановки.

Тут недалеко, но уже стемнело, и мы опасаемся, что пристать кто может.

Ну во-первых, еще не так уж темно, а во-вторых, отсюда видна остановка, метров двести до нее, и никаких маньяков на дороге к ней не наблюдается. Это очевидно всем, кто слышит Вику. Ее просьба просто смешна.

Но это ж до какого состояния надо было довести Туеву, чтобы она не побоялась и попросила о таком именно Холодова. Да на парах она него глаза не смеет поднять! Всегда в пол или в сторону смотрит, когда отвечает.

— Идемте! — кивает Холодов и, не обращая внимания на мажора, быстрым шагом идет обратно к дороге, где припаркована машина Морозова.

Тот было дернулся за нами, но потом почему-то передумал и остался стоять в сквере. Я пару раз обернулась на него, Туева — ни разу.

Топаем молча, поглядываю на Ярослава, вроде не злится, скорее, задумчивый. Вика чуть впереди, торопится быстрее дойти до остановки, а ведь явно не хотела в общагу. Но, видимо, там лучше, чем с мажором. Неужели наврал? Скорее всего. Если бы у него была сестра, Дятлова бы точно об этом знала.