Скалка

И так день будет просто убойным, но, видимо, придется сейчас вытряхивать все наружу. — Ведь я не могу привлечь внимание такого мужчины, как Ярослав, верно?"

"— Ты изменилась, — с печалью в голосе произносит Ленка, и мне на секунду чудится, что я себе все напридумывала про Дятлову. Она нормальная девчонка, со своими закидонами, конечно, но у кого из нас их нет? — Прежняя Скалка мне нравилась больше.

— А мне больше нравилось, когда ты не вырывала зубами оценки или самые интересные проекты, за которые однозначно похвалят. Мне нравилось, когда мы вместе гуляли после пар.

С тобой хоть поговорить можно было нормально, а сейчас… субботники, ежедневные встречи с перваками, постоянные комитеты какие-то… Но дело даже не в этом, Лен. Мне нужна была твоя поддержка, а ты, как обычно, думала только о себе.

В комнату возвращается полусонная Иваненко, и мы молчим. Говорить не хочется. Вчерашний день забрал у меня много сил, значительно больше, чем я ожидала. И все, чего я сейчас хочу, — это поскорее убраться отсюда.

Молча собираю учебники, укладываю их в рюкзак. На самом деле не так уж и много вещей.

Я вообще-то не собираюсь к нему насовсем перебираться. Максимум на две-три недели, пока он болеет, и в общагу обязательно буду заезжать.

— А мать знает? Про Холодова? — вставляет Лена, и я вздрагиваю.

— Даже не думай. И ты тоже. — Поворачиваюсь к Иваненко, которая с интересом слушает наш разговор. — И я никуда не переезжаю и не съезжаю. Просто… как и очень многие студенты, иногда не буду ночевать в общаге.

Под гробовое молчание выхожу из комнаты, четко зная, что сегодня сюда уже точно не вернусь.

Ярослав — хотя, наверное, его дядя Василий Федорович — и правда прислал за мной машину с водителем.

Тем самым Виктором, который вчера привозил нам, то есть Холодову, пакеты с едой.

— Сначала тебя в универ, а потом отвезу твою поклажу. — Приятный молодой парень, не пристает, шуточки дурацкие не отпускает… Похоже, очень дорожит своей работой.

К старинному зданию нашего университета подъезжаем непозволительно быстро, избежав обычных утренних пробок.

— Тамар, выходи. Приехали!

Как сказать ему, что мне безумно страшно заходить в универ? Что вчера было проще — всего несколько знакомых, которые и сами не стали нападать.

А тут сотни, нет, тысячи людей, и все знают, что произошло.

— Тамар, в чем дело? — Виктор непонимающе смотрит на меня и ждет хоть какой-то внятной реакции.

— Ни в чем. Просто рановато еще. Не знаю, что делать. Пара нескоро начнется.

Я понимаю, что ему нет дела до моих проблем, у него своя работа…

Читалка! Ну конечно! Там точно можно спрятаться. Она уже работает, но в такое время кроме сотрудников универа практически никого в ней никогда не бывает.