Скалка

— У тебя есть друзья или родственники, знакомые, кто в теме? Могли бы помочь.

— Бабушка в теме, но они с мамой будут в числе последних, кто об этом узнает.

День пролетает быстро, вот уже и пара заканчивается последняя. С завтрашнего дня совсем другое расписание, подготовка к экзаменам… Но мне сегодня совсем не до них. Потому что с утра я постоянно думаю о предстоящем вечере. Да, Холодов в дурацком настроении пребывает, но зато сам вспомнил о ресторане. Да, сегодня мы наконец-то идем в «Принц Али». И я буду в своем новом платье! И плевать, что сейчас зима и придется надевать накидку на голые плечи.

У меня сегодня свидание! Настоящее! Лучше поздно, чем никогда, верно?

* * *Какое же оно шикарное! Куда лучше, чем то, что мы с мамой покупали, даже сравнивать нельзя. Страшновато его надевать самой, в салоне мне девушки помогали, а тут…

— Стой и не крутись, — командует голос за спиной. — Я сам все сделаю.

Его дыхание на моем затылке, чувствую, как губы скользят по шее вниз, по позвоночнику. Прижимает меня к себе, и я отчетливо ощущаю поясницей то, что может снова помешать нам выбраться из дома. И точно.

— Тамар, это плохое платье, ты знаешь?

Едва успеваю подхватить снятую с плеча бретельку, делаю пару шагов вперед и оборачиваюсь.

— Я знаю, что хочу в этом платье поужинать в романтическом месте со своим парнем. Как он мне и обещал. Два раза!

По чертям, беснующимся в глазах Ярослава, понимаю, что вот-вот с его языка сорвется очередная пакость. И уже готовлюсь, что мне придется отстаивать свое долгожданное свидание, но нет, он молча берет со спинки стула накидку к платью и помогает мне одеться.

— Так будет лучше, — заключает он. — Не простудишься.

И мужиков озабоченных не придется от тебя отгонять.

Я помалкиваю, вспоминая, как Холодов реагировал на Марата, который всего-то обнял по-дружески да довез один раз до универа.

— А ты ревнивый?

— Нисколько.

Ну ладно. Не ревнивый так не ревнивый.

В ресторане очень много людей, даром что середина неделя. Здесь очень красиво, я читала про их кухню, специализации нет, стараются угодить любому вкусу. Хотя шеф у них француз, но в меню очень мало французских блюд, я на сайте посмотрела.

— Прошу, проходите, пожалуйста.

Мы проходим мимо основного зала куда-то влево, тут еще одна комната, но поменьше.

И здесь не так много столиков. Один пустой (видимо, наш) и еще два, за ближайшим к нам сидит компания из пяти человек. Ярослав дергается как ужаленный.

— Слава, дорогой! Ты здесь? Со своей Галатеей?

Голос окликнувшего явно нетрезв, но мне смутно знаком. Где-то я его слышала. До меня не сразу доходит, что мужчина с красным лицом, который так фамильярно обратился к Ярославу, — это его дядя, наш ректор Ковалевский. Божечки мои! Только этого не хватало.