Скалка

От него вкусно пахнет, тем самым парфюмом, который я запомнила еще в самый первый раз, когда он вез меня в этой машине.

— Спасибо! Спасибо! Я очень-очень хочу быть с тобой!

— И я с тобой! — Он наконец мягко улыбается, и меня немного отпускает. — Ты мне как глоток воздуха, Тамара.

Ярослав зарывается пальцами в мои волосы, безжалостно разрушая прическу. Мы сидим, обнявшись, в машине, каждый думает о своем, но это такие счастливые минуты, очень счастливые.

— Мне нужно знать о тебе еще что-то особенное, Тамара? — вдруг говорит Ярослав, от его вопроса я невольно вздрагиваю.

Неожиданно как-то! И серьезно. Да я все готова о себе рассказать, но что ему интересно? Никаких секретов у меня страшных нет вроде.

— Нет, наверное. — Беспомощно развожу руками. — Ничего особенного нет в моей жизни. А у тебя? Мне нужно что-то знать?

Он не торопится отвечать, гладит меня по голове и молчит.

— Нет, не нужно, — в конце концов произносит он. А я чувствую легкое разочарование, все-таки хотелось бы послушать его секреты. Например, почему он так не ладит с мамой. И зачем вообще приехал сюда.

— Точно? — спрашиваю на всякий случай: ну а вдруг передумает.

Не передумал.

— Точно. Пошли домой, моя Галатея!

Галатея, значит? А он знает, что Пигмалион был влюблен в эту Галатею? Я погуглила немножко, пока ехали. Про Элизу Дулиттл понравилось меньше.

Утро… Я обожаю утро. С недавних пор. В полудреме чувствую на груди губы Ярослава… Да я всю жизнь хочу вот так просыпаться! С ним! Он проникает в меня медленно, бережно, но я уже слышу свой стон. Пусть это утро никогда не кончается! Пожалуйста!

— Тебе точно сегодня только к двенадцати? — спрашивает Холодов через полчаса, когда мы вылезли из душа.

У него с утра предэкзаменационная консультация, а мне совершенно не хочется с ним расставаться! Потому мы едем вместе. Глупо, конечно, но после того, как он сказал, что заберет меня с собой в Москву, если уедет, я ни на секунду не хочу его отпускать. Господи! А мама? Как же я о своих-то не подумала?! Надо будет на Новый год с ними поговорить, прощупать почву, так сказать. Жалко, конечно, что Ярослав с Василием Федоровичем уезжают куда-то на Новый год, не поняла я, что у них там за традиция… Надо будет спросить, но не сейчас.

Универ кишит знакомыми лицами. Мне, конечно, есть чем заняться. Например, случайно столкнуться в буфете с Туевой. Она по своему графику живет, все бегает, сдает какие-то зачеты, берет письменные рекомендации от преподов. Тоже уставшая, как и многие, но явно довольнее некоторых.

— Привет, девчонки!

Поднимаю голову и улыбаюсь. Марат! Давно не виделись, но вот икалось тебе вчера наверняка!

— Привет, присаживайся! — Я только сейчас отмечаю про себя, что немного соскучилась по нему.