Скалка

Я, конечно, никуда не поеду, не чувствую себя своей в таких местах. Все напиваются, расслабляются, а я на измене сижу: а вдруг кто просто по приколу водки или еще какого алкоголя мне в сок плеснет. Обычное явление, да норма, можно сказать, кого так только не спаивали у нас, а потом утром видос присылали. И всем смешно! В общем, в клубы я хожу редко, и то обязательно с Ленкой и Козловым. Но сегодня они в ночь тусить не поедут. У Кольки дела, а Дятлова теперь руководит инициативной группой. Как мы все и ожидали, она выиграла выборы. Но зачем ей это все?!

— Ты что с волосами делать будешь, Том? — спрашивает Ленка. Она хоть и любит меня, но постоянно забывает, что мне не очень нравится сокращенное имя. Я знаю, по-детски все, но не могу себя пересилить.

— Распущу просто и утюжком выпрямлю, ничего особенного. А ты?

— У меня будут крупные кудри и… то самое платье!

О мой бог! То самое платье означает, что Дятлова вышла на охоту! Еще летом она рассталась со своим прошлым парнем. И то, что Ленка до сих пор ни с кем не встречается, плохо сказывается на ее имидже. Это не мои слова, если что, это она такую глупость выдумала!

— А ты в чем будешь?

— Топ, наверное, надену и кофту, — отвечаю, бессмысленно пялясь на свои полки шкафа. — Погоди, ты же собиралась завтра с утра агитировать перваков на субботник идти…

— Одно другому не мешает. Я везде успею. А у Соньки сам Морозов будет, прикинь?

Еще как. Александр Морозов — представитель золотой молодежи, мажор, сынок местного банкира. Каким боком он мог затесаться к Соне, понятия не имею. Но раз Дятлова говорит, что будет, значит будет. Она все про всех знает.

— Только не говори, что на него глаз положила.

— А почему нет? Я, между прочим, достойна лучшего. И умею добиваться своего.

Ну вот с этим сложно поспорить, Ленка и правда молодец, не мне чета, я так не умею.

Соня снимает квартиру в престижном районе, в самом центре города, мы подъезжаем только в седьмом часу, наш автобус в пробку попал, вот и припозднились. В квартире уже не протолкнуться, тут и правда человек сорок, не меньше.

— Тома, Томочка! Как здорово, что вы здесь! — радостно встречает нас именинница и бросается ко мне с объятиями. — Тут парни столько вина притащили, все закуски уже смели. Я еще заказала, конечно, но привезут только через час.

Смотрю на Безрукову, у нее такие глаза всегда жалобные, что угодно для нее сделаешь, до сих пор не понимаю, как у Холодова поднялась рука ее завалить?!

— Веселье, смотрю, в самом разгаре! — перекрикивает шум Пашка. Он, как и Реня с Козловым, нагружен пакетами с едой.

— Да-да, проходите на кухню, вот сюда, налево, — зовет Соня и машет рукой. Но тут какая-то размалеванная деваха утаскивает ее внутрь комнаты.