Сто оттенков неба

- Я младше тебя, - произносит она то, о чем я и сам уже догадался. – Даже не пытай, больше ничего не скажу. Мне, правда, пора, - заканчивает она грустно.

- Ладно, иди, занимайся своими делами. Но не забывай о сне. Доброй ночи!

- И тебе волшебной ночи! - мурлычет почти шёпотом она.

Возбуждение прошибает нервные окончания, держит в напряжении. Пока она не положит трубку, успокоиться не получится.

Меня и правда ждет «волшебная ночь»! Поправляю предателя, что готов выпрыгнуть из штанов. Ни о каком расслабиться и уснуть сейчас не может и речи идти.

- Пока! - добавляет она.

- Завтра наберу! - не спрашиваю, предупреждаю.

Чтобы знала и после девяти была свободна. Отключаю вызов.

Уснуть точно не удастся. Встаю, беру папку, что оставил на столе в гостиной и отправляюсь в кабинет. На работе сконцентрироваться сразу не получается: мысли о Саше лезут в голову. Никогда не думал, что меня сможет кто-то так зацепить. Она своим живым голоском, с мурлыкающе-хрипловатыми нотками поймала меня на крючок.

Надо с него соскакивать!

Саша

Впервые за долгое время я опаздывала на урок. Хорошо, что первым стоит история: Жанна Борисовна ругать не станет.

Вчера никак не получалось сконцентрироваться на домашке. Отвлекали мысли о Максиме. Происходило со мной что-то непонятное: легкая радость и волнение поселились в душе. Мне понравился бархатный тембр голоса мужчины, его уверенность, напор. И я испугалась, что если озвучу свой возраст, он больше не позвонит. Максим на одиннадцать лет старше меня! Ему просто неинтересно будет поддерживать дружбу со школьницей!

Признаться, что я уборщица, оказалось намного проще. Я почему-то верила, что это его не отпугнет. Не обманула, но ввела в заблуждение, хотя цели такой не ставила.

Не каждый день встретишь школьницу, которая работает.

Рано или поздно придется сказать правду, но, надеюсь, к тому времени это станет неважно для нашей дружбы.

Постучав в класс истории, извинилась и вошла. Села рядом с Ритой. Вытащив учебник и тетрадь на парту, приготовилась слушать Иванченко, стоящего у доски.

- Все нормально? – шепнула Ритка, не поворачивая головы.

- Да, - также тихо ответила я.

На обратной стороне общей тетради Рита что-то писала, пока Жанна Борисовна задавала наводящие вопросы Иванченко. Аккуратно подвинув тетрадь, она кивнула на запись.

Тебя Димка ждал у ворот.

Взяв ручку, замаливала записку, чтобы больше никто не прочел.

- Садись, три! - громко прозвучал голос учительницы.

Воспользовавшись шумом, шепнула Рите:

- На перемене поговорим."

"Не могу сказать, что слова подруги мне доставили удовольствие. В обычной ситуации, скорее всего, я бы почувствовала, как вырастают крылышки за спиной и приподнимают меня над стулом. Но у нас было то единственное свидание, после которого мои розовые иллюзии развеялись как дым.