Странник. Книга третья.

Следов насилия на трупе заметно не было, но большая лужа рвотной массы возле головы подсказывало причину смерти, скорее всего этой причиной явилось отравление каким-то газом или аэрозолем. Яд, наверное, уже улетучился или разложился, потому что никаких его следов мое магическое зрение не обнаружило. Устраивать обыск в надвратной башне я не решился, опасаясь наткнуться не выветрившийся яд, и мы вышли во внутренний двор замка. Вся площадь перед донжоном оказалась усыпана трупами людей в кольчугах с мечами и луками в руках. Бегло осмотрев поле боя, мы обнаружили разбитые стеклянные сосуды из-под яда, которыми нападавшие забросали внутренний двор замка.

– Сколько народу было в замке? – спросил я Усула.

– Больше ста двадцати человек, – ответил жрец."

"Мы насчитали пятьдесят шесть трупов, значит остальные или в донжоне или где-то попрятались. Зрелище разлагающихся покойников довело Усула до истерики и мне с большим трудом удалось заставить его продолжить поиски оставшихся в живых. В том, что живые в замке присутствуют, я почти не сомневался, потому что кто-то же выпустил почтовую птицу, а это произошло значительно позже нападения, если судить по трупной вони, разносившейся по округе.

Мы вошли в донжон и продолжили поиски. Донжон оказался только верхушкой айсберга. Типичное для Геона строение имело в своем фундаменте массивный каменный блиндаж, являвшимся входом в подземелье. Спустившись по винтовой лестнице вниз, мы попали в лабиринт коридоров подсвеченных редкими магическими светильниками. Один из коридоров привел нас к массивной сейфовой двери, ведущей в большой круглый зал, скрытый полумраком. Перед открытой дверью лежали четыре мертвых жреца и труп тарга. Трое защитников замка были убиты странными черными стрелами, а четвертый жрец оказался порублен буквально на куски. Увидав убитых товарищей, Усул отшатнулся и в ужасе завопил:

– 'Высокородный', это 'темные эльфы' убили всех 'посвященных'. Только это бесовское отродье могло отключить магическую сигнализацию и обезвредить ловушки, установленные в замке и его подземелье.

Сразу после этих слов у меня перед глазами встала синюшная рожа 'Алоя темного'. Алой был изгоем, и в его крови имелась большая толика человеческой крови, но только случай помог мне завалить его.

Если в замке потрудился кто-то из воинской элиты 'темных эльфов', то дела обстоят очень серьезно.

Мы с Усулом вошли в зал, и он включил какой-то рубильник в щитке возле двери, после чего на потолке начали разгораться магически светильники. Я был уже морально готов к тому, что предстало перед глазами при хорошем освещении. Зал являлся диспетчерским пунктом то ли электростанции, то ли глобальной системы водоснабжения.