Странник. Книга третья.

Ослабевшими руками мне с трудом удалось затянуть покрепче повязку на ране и остановить кровь, а затем, цепляясь за дерево подняться на ноги. До расщелины, откуда начинался энергетический поток, мне удалось доковылять на трясущихся ногах, покрывшись холодным липким потом. Отдышавшись, я сел, оперевшись спиной на скалу, и закрыл глаза. Внутренний взгляд нашел место, где лучик энергии выбивался из скалы и, подняв левую руку, я пропустил энергию через нее. Теперь необходимо было войти в резонанс с потоком. Это мне удалось довольно легко, как говорится – 'опыт не пропьешь'.

Я увидел, как энергия, дойдя до руки, вливается по ней в тело, наполняя уже опустевшие и поэтому почти погасшие энергетические сосуды. Мое сознание управляло потоком, направляя энергию на заживление раны и поднимая жизненный тонус мышц и залечивая повреждения внутренних органов. В таком состоянии я находился часа полтора.

– Пора подниматься', – отдал команду мой мозг, онемевшему телу.

Открыв глаза, я поднялся на ноги. Тело стало, как деревянное и едва слушалось приказов, посылаемых мозгом. Медленно размяв затекшие мышцы, я направился к валуну, возле которого оставил саблю и сверток.

Слава Богу, все оказалось на месте. Я внимательно осмотрелся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил, затем развязав повязку на ноге, осмотрел рану. Рана практически закрылась, но не затянулась до конца.

– На одной энергетической подпитке далеко не уедешь, нужна биологическая еда, лучше всего мясо, но где его взять, вот вопрос? – уныло подумал я.

Времени на охоту не было, да и охотиться только с саблей было глупо. Мой взгляд упал на тело мертвого зверя.

Зорг – добыча шикарная, но не съедобная. Я знал, что очень высоко ценились: шкура, когти, клыки, череп и особенно печень зорга, но мясо считалось несъедобным.

– Стоп, – возникла в голове спасительная мысль, – печень же съедобна.

Я вспомнил, что из печени зорга делали какой-то эликсир, повышающий боевой потенциал воина, но это зелье было очень редким и дорогим. Мне с трудом удалось перевернуть гигантскую тушу зверя набок и осмотреть распоротый живот. Печень оказалась на месте. Вырезав печень, я прополоскал ее в ручье, а потом сел на камень и, закрыв глаза, начал прощупывать ее внутренним взглядом.

Выглядела печень немного странно, как будто это орган еще живого существа. Следов трупного яда заметно не было, поэтому отрезав маленький кусочек, я отправил его в рот, внимательно следя за своими ощущениями. На вкус печень была немного сладковатой и терпкой, при этом буквально напичканной различными гормонами и другими биологически активными веществами. За первым куском я отправил в рот второй, затем третий.