Странник. Книга третья.

Прошу вас вернуть мое оружие и камни 'Силы', которые были у меня.

Наступила неловкая пауза, и я понял, что в очередной раз сглупил, поставив вопрос ребром, а может быть, и нет, подобное развитие событий, как раз являлось самым правильным. По крайней мере, настал момент истины, и решение было уже за Илирией, начинать войну или, спустив дело на тормозах дать мне уйти из монастыря. Охрана настоятельницы, заметив замешательство хозяйки, напряглась и приготовилась к бою, я же мобилизовав все свои внутренние ресурсы, погрузился в транс. Магическое зрение сразу же выявило отряд из двадцати ассасинов расположившихся в двух соседних комнатах входы, в которые скрывались за портьерами и четырех лучников держащих меня под прицелом через бойницы в потолке зала.

Мне неизвестно как Илирия поняла, что все находящиеся в зале и вокруг него стоят на краю могилы, но она отдала приказ всем своим людям уйти из зала, а воинам покинуть соседние комнаты и убрать лучников со своих позиций. После того как ее приказ был выполнен она обратилась ко мне:

– Ингар, ты действительно готов был убить меня и моих людей? – спросила монахиня.

– Госпожа, ничего личного. Просто я видел всех ваших людей, готовых напасть на меня, и приготовился защищаться.

– О боги какая же 'Сила' стоит за вами 'истинными высокородными', твоя аура начала светиться, так что стала видна даже обычным взглядом. Что-то похожее я видела в молодости у Алакдара, деда Виканы, он тоже 'истинный высокородный'. Ты бы выжег мозги всем в радиусе ста шагов, нельзя же так!

– Госпожа за мной стоят жизни тысяч людей, и я поклялся им, что буду сражаться за них до последнего вздоха, а в монастырь меня привела любовь и только. Я разумом понимаю, что все это не стоит такого риска и мое личные проблемы какая-то мелочь по сравнению с тем, что сейчас происходит на Геоне, но ничего не могу с собой поделать. Если вы когда-нибудь любили то поймете меня, я разрываюсь между любовью и долгом и проклинаю себя за это. Прошу Вас верните мне мои вещи, и я уйду, не причиняя никому вреда.

Илирия хлопнула в ладоши и отдала приказ охранникам, прибежавшим на этот сигнал принести в зал все, что было отобрано у меня. Через полчаса я шел по гулким коридорам монастыря к комнате, в которую забрался по веревке. Камень 'Силы' для двигателя лежал в моей сумке, а с кольчугой я решил разобраться позднее.

Остановившись перед дверью в кладовку, я попросил сопровождающих отойти подальше от нее, потому что сигнал, посланный через астрал на корабль, может нанести ущерб окружающим и открыл дверь.

– Ингар, я тоже любила! – остановил меня голос Илирии. – Иди за Виканой, ничто на свете не стоит любви и пусть рушится мир!

Я обернулся и увидел слезу текущую по щеке матери настоятельницы.