Судьба

– А дальше, Елизавета, спуск вниз. И он гораздо быстрее, чем подъем, – горько усмехаясь, продолжает он.

Просто молчу, не знаю, что сказать. Если это ответ на мой вопрос, то какой-то неоднозначный. Я слышу в словах Роберта некую горечь, сожаление. Но вопросов больше не задаю. Он молчит, но его молчаливый взгляд говорит о многом.

– Но судьба расставляет все на свои места, – нарушая тишину, говорит он, ведет пальцами по моему телу, вызывая на нем тысячи мурашек.

– Тебе не кажется, что судьба – очень страшное слово? – спрашиваю я, встаю с кровати, опять надеваю его футболку, на что получаю одобрительную улыбку.

– Мне кажется, что мы сами делаем свою судьбу, – задумчиво отвечает он. Подхожу к зеркалу, собираю волосы в высокий пучок.

– Что ты хочешь на ужин? – спрашиваю я, смотря на него через зеркало.

– Все, что вы мне приготовите, – отвечает Роберт. Встает с кровати, ловит мой взгляд на своем обнаженном теле.

– Елизавета Андреевна, если вы будете так на меня смотреть, я поужинаю вами, – говорит он, надвигаясь на меня. Я отступаю, выбегаю на кухню.

Ужин почти готов. Готовлю я его под пристальным наблюдением Роберта, к которому я уже привыкла, и это даже почти перестало меня смущать. Неожиданно раздается звонок в дверь.

– Ты кого-то ждешь? – приподнимая брови, спрашивает Роберт.

– Нет, – я действительно никого не жду. Поэтому и не спешу открывать дверь, в которую продолжают настойчиво звонить. Роберт открывает сам, о чем-то говорит с незваным гостем. Через минуту зовет меня. На пороге стоит курьер, в руках у него букет кроваво-красных роз, перевязанный черной лентой. И черная коробка с красным бантиком. Курьер просит расписаться, говоря о том, что заказчик просил передать подарок лично в руки. Кто заказчик он не знает. Я расписываюсь, забираю у него цветы и коробку.

– От кого подарок? – с подозрением спрашивает Роберт, как только курьер уходит.

– Я не знаю, здесь нет карточки. Но могу сказать, что отправитель плохо меня знает. Потому что я ненавижу кроваво-красные розы.

– Интересно, – прищуривает глаза Роберт. – Давай откроем подарок – может, тогда станет ясно, от кого он.

– Ревнуешь?

– Безумно! Открывай! – говорит он, указывая на коробку.

Я медлю, сажусь на диван. Мне очень не нравится этот подарок, а черно-кровавые цвета меня пугают. Нерешительно снимаю бант, открываю коробку. В коробке белый конверт, достаю его – там фотографии. Не сразу понимаю, что на них. Темное небо, снег, заснеженные деревья, ограда. Мраморная плита, рядом статуэтка ангелочка, надписи красивыми буквами на плите. Я еще не понимаю, что это, не могу собрать картинки воедино. Но мое сердце начинает ныть, скулить, замедляя стук, кажется, оно и вовсе перестает биться.