Супер сайз. Двойной удар
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей, но об этом не знает, да и меня вряд ли помнит. И надо бы бежать, но мне очень нужна эта работа!
Буркнула, сморщила свой нос вздернутый, покрытый веснушками, и отползла куда – то в сторону. Мне показалось, что сейчас она мечтает только об одном – придушить меня, закончить начатое ее личинками уничтожение миллиардера Седова. Хотя, наверняка эти поганые мыслишки и бродят в ее пустой головенке.
– Тогда, первое задание, пончик,– попытался оскалиться я, надеясь, что выгляжу все так же брутально, как до того, когда меня вырубили два мелких гоблинёнка, несмотря на рваный костюм и в целом непрезентабельный вид – Сними с себя этот уродский халат, у меня кружится голова от созерцания красотищи.
– Зай, принеси кусок мяса из морозилки, у нашего гостя параноидальный бред, – простонала толстуха, обращаясь к лупоглазой бабе, которая впустила меня в этот филиал преисподней.– А вы, быстро в свою комнату. Сгною в углу, – пообещала она двум детишкам, смиренно разглядывающим поверженного меня, дело рук своих. От взглядов двух пар любопытных детских глаз, вот клянусь, меня морозить начало.
– Мясо зачем, ты решила меня забить до смерти мороженой говядиной?
– Я решила приложить лед к вашей шишке, которая скоро пробьет мой потолок.
– Я жду трамвая… Ты дура? – приподнял я бровь и едва не взвыл от боли.– Я уже говорил, не обольщайся, я не люблю сало. Просто цвет твоего шлафрока, убийственно влияет на мое мировосприятие. А дети твои, страшнее чумы.
– Это фуксия,– вредно вякнуло чертово отродье, запахивая на, очень даже аппетитной, груди гадскую тряпку, от которой у меня вот-вот пойдет кровь из глаз. – Мой любимый цвет. А мои дети – близнецы. Такое случается. Особенно если их биологический отец…
Я уставился на двух детишек, перешептывающихся между собой, как мне лично показалось, зловеще. Близнецы? Мальчишка абсолютно точно похож на Парашу, или Малашу, как ее там черт зовут, но не на свою сестру. Тот же нос вздернутый, губы, похожие на розовые лепестки.
– Что-то не похожи твои близнецы… – хмыкнул я, и добавил,– на людей. Ты рожала их от демона?
– Точно, козлорогого единорога с манией величия,– скривила губы плюшка.– Вы даже не представляете, насколько близки к истине.
















