Супер сайз. Двойной удар
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей, но об этом не знает, да и меня вряд ли помнит. И надо бы бежать, но мне очень нужна эта работа!
Свисающий с потолка полупрозрачный сталактит смотрелся неуместно в этом чистилище.
– Это было когда-то экспериментальным проектором,– обморочно всхлипнул директор.
– Сколько? – ошарашенно спросил я.
– Не надо денег. Просто спаси родную школу. И с зубом у тебя что? Они?"
"– Лучше деньгами,– сузил я глаза, пропустив вопрос про мой восхитительный клык. Не признаваться же, что меня ухайдокали два недочеловека.
– Я ведь год назад седым не был,– тихо прошептал директор.
Из родной школы я вывалился только спустя час. Яков меня шантажировал, имитировал припадки, умолял, пытался упасть на колени, но я был непреклонен.
– В офис,– коротко приказал я, откинувшись на спинку сиденья,– хотя нет, к Тоньке. Мне надо сбросить пар.
Дома я оказался к вечеру. Чертова любовница сегодня показалась мне пресной и глупой, секс с ней не дал разрядки. Только утомил меня. Она даже не заметила отсутствие у меня зуба, шалашовка. То есть, ей я абсолютно неинтересен.
– Ты сегодня поздно,– попеняла мне Альбертовна. – Наши ангелочки спят уже. Ждали тебя. Я им разрешила в джакузи поплескаться, скучно ведь
несчастным. А потом молочка выпили и улеглись. Они такие смешные, с пеной молочной на мордашках. Глебушка, точно они не наши? Уж больно Варечка похожа на …
– Ты пустила их в мой СПА? Я же сказал, пусть сидят в своей комнате.
– Ой как страшно,– съехидничала экономка. Эх, распустил я ее.– А девочка твоя копия.
– Я тебе сказал, не неси пургу. Я бы сдох, будь у меня дети, поняла? – зло выплюнул я, сдирая с шеи опостылевший галстук и бросая его прямо на пол. – Эти ангелочки страшнее чумы. Ты не представляешь где я был сегодня. И не похожи они на меня, что вы все заладили?
– Солнышко, это дети. Ты не справедлив к малышам. И они очень переживали, что нашалили сегодня. Ждали тебя.
– Все, мне надоел этот бред. Я в бассейн. Надо сбросить с себя напряжение. Приготовь мне коньяку и …
– Бутерброд?
– Нет, только не сэндвич, – испуганно выдохнул я, сбрасывая брюки.– Что нибудь, чтобы было видно, что внутри. Желе мне сделай, или кашу. Коньяк с кашей, да уж. Куда катится моя жизнь.
– Марина звонила. Завтра…
– Плевать,– перебил я Арнольдовну и просто ушел. Разговоры начали меня утомлять. После двухчасового нытья Тоньки мне хотелось только одного, сбросить напряжение.
















