Священный любовник

Когда она попыталась перевернуться под ним, он раздвинул ее ноги коленом, прижимая к кровати бедрами. Его возбуждение скользнуло между ног Кормии, толкаясь в нее, заставляя выгибаться.

Он слегка ослабил захват ее рук, только чтобы она смогла повернуть плечи и взглянуть на него.

Он поцеловал ее. Глубоко и долго. И она не уступала ему, оказавшись, наконец, быть податливой в традиции Избранных.

Быстро двинув бедрами, он отстранился, немного передвинулся и…

Кормия застонала, когда он вошел в нее одним плавным толчком. А потом уже не было времени говорить, думать или обращать внимание на возникшую от его движений боль. Ощущения были так хороши, так правильны, все это, начиная от запаха темных специй и его веса на ней, заканчивая тем, как его волосы упали на ее лицо, и какие стоны срывались с их приоткрытых губ.

Его толчки становились все глубже, она еще шире раздвинула ноги, вторя его ритму своими бедрами.

Из глаз брызнули слезы, но она позабыла о них, когда ее увлек неумолимый импульс, клубок пламени разворачивался там, куда он методично погружался в нее, пока она не решила, что сгорит заживо… и не нашла в этом ничего плохого.

Они кончили одновременно. В процессе собственного оргазма, она увидела Фьюри через свое плечо: голова запрокинута назад, челюсть сжата, под гладкой кожей выделялись огромные мускулы. Но потом она была слишком потеряна, чтобы видеть что-то еще, пока ее собственное тело напрягалось и расслаблялось, жадно сжимая его член, отчего он стонал в конвульсиях.

Но потом все закончилось.

Впоследствии, она думала о летних грозах, которые время от времени налетали на особняк. Когда шторм прекращался, дом охватывала более мертвая тишина, в противоположность неистовой бури. Сейчас происходило то же самое. Когда их тела успокоились, дыхание начало замедляться, а сердечный ритм пошел на спад, было сложно вернуть яркую необходимость, которая привела их к этому резонирующему молчанию.

Она увидела, как испуг, а за ним — крайний ужас заняли место неоспоримой потребности."

"Чего она ожидала? Что этот танец двух тел заставит его отказаться от статуса Праймэйла, отречься от клятвы и объявить ее своей единственной шеллан? Что он будет вне себя от радости, оттого, что в преддверии ее ухода, они поддались страстному порыву и совершили то, что должно было быть обдуманным решением и произойти много месяцев назад?

— Пожалуйста, слезь с меня, — сказала она хриплым голосом.

Фьюри не мог осмыслить совершенное им только что, но доказательство было перед ним. Хрупкое тело Кормии лежало под его тяжестью, ее щеки были влажными от слез, а на запястьях появились синяки.

Он взял ее девственность сзади, словно она была собакой.