Священный любовник

Когда говорит один человек, запрещены посторонние беседы или ненужные замечания….

Дальше он не слышал, потому что был занят, рассматривая пришедших сюда. Ни на ком, кроме него, не было костюма из «Акуаскьютум»[98], и все они были людьми. Все. Возраст варьировался от двадцати с небольшим до сорока лет, возможно, потому, что время сеанса подходило для тех, кто работал или учился.

Разглядывая их лица, он пытался понять, что каждого из них привело сюда, в этот пахнущий кокосом, пустой подвал, на черные стулья из пластика.

Ему было неуютно здесь. Это — не его люди, и не только потому, что у них отсутствовали клыки и проблемы с солнечным светом.

Так или иначе, он остался, потому что ему некуда было идти, и вероятно, так было и с каждым из них.

— Это разговорная группа, — сказала женщина, — и этой ночью говорит Джонатан.

Джонатан встал. Его руки теребили остатки бумажного полотенца, которые он спрессовал до размеров сигары Баунти.

— Привет, меня зовут Джонатан. — По комнате пронеслось дружное «привет». — И я наркоман. Я… я нюхал кокаин почти десять лет, потеряв все, что имел. Я дважды сидел в тюрьме. Объявил себя банкротом. Лишился дома. Жена… она, э, развелась со мной и переехала в другой штат вместе с дочерью. После этого, я потерял место учителя физики из-за непрекращающихся кутежей."

"— Я не употребляю с, хм, прошлого августа. Но… все еще думаю о наркотиках. Сейчас я живу в съемной квартире, потому что прохожу реабилитацию, и устроился на новую работу. Пару недель назад. На самом деле, я преподаю в тюрьме. В которой сидел. Математика. Преподаю математику. — Джонатан прокашлялся. — Да… так, эм…год назад, в эту ночь… год назад, в эту ночь я был в переулке, в центре города. Покупал дозу у дилера, и нас застукали. Не копы. Парень, на чьей территории мы находились. Мне прострелили бок и бедро. Я…

Джонатан снова прокашлялся.

— Я лежал, истекая кровью, и чувствовал, как двигают мои руки. Стрелявший взял мое пальто, кошелек и часы, потом треснул прикладом по голове. На самом деле, меня… меня здесь быть не должно. — Раздалось коллективное «да-да» шепотом. — Я начал посещать эти встречи, потому что больше мне некуда обратиться. Сейчас я прихожу сюда потому, что хочу находиться здесь больше, чем в дурмане наркотического кайфа. Порой… порой эта грань слишком тонка, поэтому я не заглядываю в будущее дальше девяти часов следующего вторника. Когда я приду сюда снова. Так. Вот, где я был и где нахожусь сейчас.

Джонатан сел на место.

Фьюри ждал, что народ накинется на парня с вопросами и комментариями. Вместо этого, они начали вставать.

— Привет, меня зовут Эллис.

И вот, что было дальше. Человек за человеком рассказывали о своих зависимостях.

В девять тридцать-три, судя по часам на стене, темноволосая женщина встала.