Тайна Холли

 – Миро с вожделением поглядывал на мой второй ботинок. – Кажется, он только спросил их, не хотят ли они ему помочь."

"В этот раз я не сумел скрыть своего потрясения. Ясно, какой ответ дали волки Миллингу, раз он послал им подкрепление. Я отказался поддержать его – и теперь он искал других союзников, хотя, как и я, наверняка недолюбливал волков. Вот почему волки в последнее время зазнались ещё больше, а Джефри делал странные намёки: мол, ты понятия не имеешь, что на самом деле происходит, и совершил большую ошибку. Очевидно, им очень льстило, что такой важный человек хочет с ними сотрудничать. Не Джефри ли тот новый наследный принц, тот многообещающий оборотень, замечательный союзник, о котором говорил Тео?

Волчонок обнюхивал мой шкаф.

– У тебя не осталось ещё колбасок? – спросил Миро, с надеждой глядя на меня.

– К сожалению, нет, – покачал я головой и заставил себя улыбнуться. – Тебе понравились занятия?

– Очень! – Я почувствовал волну счастья, исходящую из его головы. – Я столькому могу здесь научиться! Но быть человеком странно, и моим родителям наверняка бы не понравилось, если бы я сделал это специально.

– Ты прав, но это потому, что твои родители не знают, что они оборотни.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы утешить и успокоить Миро. Потом он тревожно огляделся и попрощался со мной.

У Джефри и других волков было невероятно острое обоняние − будет нелегко скрыть от них, что Миро по-прежнему со мной общается. Я взял тряпку из душевой для мальчиков и протёр ею дверь и полы перед нашей с Брэндоном комнатой. Потом, одолжив у Брэндона дезодорант, побрызгал им все места в нашей комнате и в коридоре, где побывал Миро. Надеюсь, этого будет достаточно.

В тот вечер мне не спалось, и не только из-за ноющих ран. Джефри и компания – союзники Миллинга… Что это означало для меня? Для всех нас? Ясно было одно: Миллингу удалось привлечь на свою сторону ещё больше оборотней. Сколько их теперь – сотни или уже тысячи? Я чувствовал себя так, словно меня окружали прутья невидимой клетки, которые мне даже не удавалось погнуть – сколько на них ни кидайся.

И тогда я просто сделал это. Взял мобильник, аккумулятор которого, вопреки обыкновению, не был разряжен. Разумеется, номер Миллинга был ещё сохранён в списке контактов.

Мои невероятно ловкие человеческие пальцы заскользили по клавиатуре.

«Что должно произойти, чтобы вы наконец успокоились?» – набрали мои пальцы и, прежде чем я успел им помешать, нажали кнопку «Отправить».

Меня пробрала дрожь. «Да он всё равно не ответит», – пытался успокоить себя я. Меня не покидало нехорошее чувство, что это сообщение было ошибкой. Тем самым я напомнил Миллингу о себе. О враге, который пролил его кровь. Он наверняка понимает, что я по-прежнему готов защищать от него людей.