Тайная любовь моего мужа

Ты рожаешь только для себя».

Сделав тайком глубокий вдох, я настойчиво обозначила:

– Это всего на одну ночь. Я сама присмотрю за детьми, только мне нужно будет отлучиться на пару часов…

И снова – тишина. Губы дрогнули от обиды, я мысленно отругала себя за надежду на то, что хоть раз за всю жизнь она мне поможет. Не осудит, не бросит очередной камень в спину…

– Ладно… мы сами, – выдохнула, стараясь ни единым словом не выдать, как больно мне от ее равнодушия и отстраненности. Как это ранит – до сих пор. Хотя уже давно, казалось, смирилась с таким положением дел…

Но одновременно со мной она вдруг произнесла:

– Приезжайте.

***

– Ну и что такое у вас случилось там?

Мама задала этот вопрос, когда мы кое-как разместили всех детей в ее небольшой, в общем-то, квартире, и оставили под присмотром старшего.

Говорила она как всегда равнодушно. Невозможно было понять – действительно ли ей интересно это знать, или она спросила из одной лишь условной вежливости.

И все же я не стала скрывать правды. Таким же ровным тоном ответила:

– Мы с Лешей разводимся. Он завел себе молодую любовницу.

Мама посмотрела на меня как-то странно. Во взгляде не было ни осуждения, ни жалости. И что он вообще означал – я могла разве что гадать.

Вдруг она сказала:

– Плохо же ты тратила его деньги, что у него оставались средства на молодуху.

Я невольно рассмеялась от этого циничного, но правдивого замечания.

Нет, муж никогда не ограничивал меня в тратах. Просто я сама считала, что, если есть возможность что-то отложить – лучше так и сделать. В конце концов, нам ведь предстояло поднимать троих детей…

Ну, теперь уже, наверно, не «нам». Мне.

– Что, даже не скажешь свое классическое « а я тебе говорила»? – уточнила насмешливо, пряча под иронией – уязвимость.

– А я тебе говорила, – повторила она за мной, пожав она плечами. – Да что толку теперь об этом вспоминать, если ты все равно сделала все по-своему?

Да, я действительно сделала все по-своему и ничуть об этом не жалела. Просто потому, что если чему-то родительница меня и научила, так это тому, какой матерью не нужно быть.

И я была благодарна ей за этот урок.

– Что собираешься делать дальше?

Этот вопрос меня удивил. Неужели ей и впрямь было дело до кого-то, кроме себя самой?

– Позвоню мужу, – ответила после паузы. – Вызову его на разговор. Попытаюсь договориться обо всем, что касается детей и имущества, мирным путем…

– А если не выйдет? У молодух хороший аппетит.

Я криво улыбнулась:

– А если не выйдет – постараюсь показать ему наглядно, какого юриста потерял этот мир.

Мать только головой покачала. Но, по крайней мере, ни в чем не обвиняла, ни за что не осуждала.

И это уже был сам по себе огромный прогресс.

– Мне нужно домой съездить, – проговорила, когда между нами установилось молчание.