Танцы марионеток
Юлька ненавидела старуху, к которой устроилась домработницей, и одновременно восхищалась ею. Марта Рудольфовна держалась, как настоящая королева, но относилась к ней даже хуже, чем к прислуге. Однако ради своего плана Юлька была готова потерпеть…Марта Рудольфовна искренне забавлялась, наблюдая за Юлькой, и умело дергала за нужные струны в ее душе. Девчонка еще не совсем готова для того, чтобы сыграть свою роль…Частные детективы Макар Илюшин и Сергей Бабкин не сочли новое дело серьезным: бизнесмен Тогоев попросил их разыскать сбежавшую из дома дочь. Они довольно быстро нашли девушку, но то, что она собиралась сделать, ужаснуло даже опытных сыщиков…Многие мнят себя кукловодами и уверены, что держат все нити в своих руках. Но как понять, кто ты на самом деле: кукловод или всего лишь танцующая марионетка?
Герой, несчастный в любви, осознав, что жизнь больше не принесет ему радости, решился уйти на войну и в первом же сражении был смертельно ранен случайной пулей – по иронии судьбы и замыслу автора, выпущенной его более удачливым соперником. Сцена получилась глубоко трагичной, как и задумывалось, и Лена была почти счастлива – ей все удалось. Ощущение волшебства, когда ниточка, свитая из произносимых ежедневно слов, вдруг сама собою сплеталась в ковер-самолет, уносящий Лену в другие страны и времена, сегодня было на редкость сильным. В такие минуты она остро чувствовала, какой неправильной жизнью жила до того, как начала писать, и как невероятно ей повезло, раз теперь у нее есть такая возможность. «Я – везучий человек!» Она улыбалась, поставив точку в абзаце, улыбалась, выключая компьютер, и продолжала улыбаться, встретив мать после работы."
"– Ужасная история на днях случилась, – сказала Ольга Сергеевна, поставив пакеты с продуктами на пол. – Помнишь вашу учительницу химии? Она упала под поезд, едва жива осталась. Толпа в метро – страшное дело, просто страшное. Ведь толкнут, не заметят, и никто не поможет! У нас в школе собирают деньги на ее лечение – говорят, то ли у нее ноги отнялись от страха, то ли их повредило последним вагоном. Ох, да что ж такое творится…
Лена отчетливо запомнила, что в ту секунду смотрела не на мать, а на пакет, стоявший на полу, – в нем просвечивала книга с размытой женской фигурой на обложке. А в следующий миг ей показалось, что это она внутри пакета, не может дышать под белым полиэтиленом, не может разомкнуть губ, к которым намертво прилипла пленка. Лена закричала и потеряла сознание.
Когда она пришла в себя, перепуганная до смерти Ольга Сергеевна хлопотала вокруг нее, собираясь вызвать «Скорую помощь». Лена еле ее отговорила. Она что-то соврала матери о причинах обморока, не думая о том, насколько убедительно звучит ее вранье, – у нее не было на это сил. Все мысли, чувства словно сконцентрировались вокруг одного воспоминания: вот она придумывает героиню, которая должна стать жертвой в новой книге, «Кошачий глаз», и вспоминает о своей учительнице, которая давно уже не работала в школе. «То, что надо!» Тихая, беззлобная, не сердящаяся даже на самых отъявленных хулиганов, – идеальная жертва, вызывающая сочувствие у самой Лены, а значит, и у читателя. И учительница оказалась в истории, которая для нее заканчивалась очень печально. Лене было жаль свою героиню, очень жаль, но по сюжету ее смерть была необходима. И потом, это было так жизненно…
Лена плохо помнила, как провела следующие несколько дней.

















