Тебе не сбежать от меня

Кошмар какой! Он, что, прямо из душа в погоню бросился?

И все равно не понятно, как он успел меня обогнать.

— Это что за вые*оны, Катюша? — цедит он.

— Это не они. Я просто уехала домой, потому что утром мне нужно, как и почти всем людям, на работу.

— Врешь. Не причина. Это, Катя, был чистой воды побег.

Закусываю губу.

— Ну давай, расскажи мне, что долбануло тебе в голову, что не успев соскочить с х*я, ты тайком свалила? Очень хочется услышат внятные аргументы.

— Кир, какие аргументы? У тебя волосы сырые, давай в дом зайдем… — предлагаю я."

"Но взбешенный Кир, как норовистый конь, только мотает головой в сторону машины.

— Садись.

— Кир, я…

— Не беси меня, Катя, стар я уже для этих плясок.

Я забираюсь на переднее сидение, Кирилл падает на водительское место.

— В чем дело? — все еще зло, но уже чуть спокойнее спрашивает он. — Почему я должен отлавливать по ночам свою бабу, черт знает, где, мотаясь по городу, как хрен собачий?

— Не надо было никого отлавливать! — пылю я. — И я не твоя баба!

— А это позволь решать мне. Я сейчас не о твоих иллюзиях спрашиваю.

— Это больше не должно повторяться. Пора прекратить все эти игры, — повторяю Киру то, что твержу себе.

— Это еще почему?

— Во-первых, ты — мой босс, и это неправильно.

Но Коршунова не волнуют морально-этические дилеммы.

— Херня, а не аргумент. Давай следующий.

— Во-вторых, все слишком быстро…

— Минуточку, смею напомнить, — опять заводится Кирилл, — это ты у нас гонщица, и я обо всем тебя предупреждал.

— Я говорила об одной ночи, и уверена, что ты тоже.

— Все изменилось. Я решил, что имеет смысл продолжить знакомство.

— Как у тебя все просто, — всплескиваю руками я.

— А не надо усложнять. Ты сама-то слышишь, что несешь? Это все бредятина. Будь я на пять лет моложе, я бы просто послал тебя нахрен и уж точно никуда не поехал бы под утро в середине в январе. Старею, сентиментальным становлюсь. Поэтому сижу и слушаю тут всю эту херню, чтобы понять, в чем корень проблемы.

Теперь уже закипаю я.

— Ах надо перед тобой душу вывернуть? Хорошо! Я боюсь, что мне будет больно!

— А если не будет? Прикинь, такое тоже очень может быть, — ставит Кир меня в тупик.

— Ты все равно меня бросишь!

— Если такую х*йню творить будешь, то брошу как пить дать. Но ты хоть немного себя в руках держать можешь?

— Кир, давай ссмотреть правде в глаза — я для тебя всего лишь постельная игрушка...

— Скажи мне, милая, что-то не так было в салате? Или еще в кафе коньяком отравилась? С чего ты взяла, что ты для меня только игрушка? — елейно спрашивает меня Кирилл.