Тебя искал

- Значит, Маргарита, вам тоже девятнадцать лет как и Майе? – спросила Екатерина Михайловна, сканируя меня слегка прищуренным взглядом серых глаз.

Может, стоит похвалить ее красный твидовый костюмчик, чтобы она стала мягче?

- Да, - отмерла я, наконец, сообразив, что отвечать нужно вслух, а не мысленно. – Мы с Майе одногруппницы.

- Хм, - слегка вздернула бровь женщина и прокрутила в руке бокал с красным вином. – Света, ты бы не пускала Сан Саныча гулять мимо того университета. Мало ли, сколько там еще холостых девятнадцатилетних девчонок…

Ха-ха! Как смешно!

- С тебя пивас, - шепнул Сан Саныч Свете.

- Ну, что вы, Екатерина Михайловна, - поддержала её потряхивание змеиным хвостом Света. – Вы же знаете, что, в случае чего, у вашего сына будут сломаны обе ноги, когда его случайно переедет машина очень похожая на мою.

- Это хорошо, - одобрительно кивнула Катя Бэкхем.

- Не понял! – возмутился тут же Сан Саныч, чем рассмешил почти всех собравшихся. Даже его мама слегка улыбнулась, а вот моя улыбаться не стала.

- Рита, ты тоже смотри, чтобы Матвей больше мимо твоего университета не проходил. Мало ли, сколько машин, похожих на нашу с папой, сбивают молодых и бородатых, - произнесла мама холодно.

- Э, нет, - сразу ответил папа. – Меня к этому не приплетай, - отмахнулся он и продолжил активный разговор о рыбалке и охоте с отцом Матвея. Эти двое, вообще, похоже, нашли друг друга, как мама и Катя Бэкхем нашли достойных соперников в лице каждой из них.

- Матвей, сделай что-нибудь, пока они не порезали друг друга ножами для масла, - прошептала я умоляюще.

- Сначала ответь на моё предложение.

- Я сегодня же вечером перевезу к тебе все трусы, что у меня есть. Только, пожалуйста, спасай нас.

- И лифчики, - добавил Матвей.

- И всё остальное.

- И будешь по дому ходить голая. Как я.

- Боже, - прикрыла я глаза, собирая остатки сил и адекватности. – Ладно. Я согласна.

- Ну, что, народ? Потанцуем? – сразу встал Матвей и потянул меня за собой. – Потрясем тазиками с салатиками!

- Ты гений! – повисла я на его шее, когда все по парам разбились для танца и разбрелись по гостиной под приятную музыку.

- На что только не пойдешь ради того, чтобы ты никуда от меня не бегала, - с нежностью заглянул мне в глаза Матвей. Поддел мой нос своим и мягко поцеловал его кончик.

- А на поцелуй ради этого можно пойти? Ну, знаешь, такой, как ты умеешь. Чтобы у меня ноги подкосились, голова закружилась…

- Этим я собирался заниматься ближайшие лет пятьдесят, - шепнул Матвей и ласково прильнул к моим губам.

Слегка опасаясь обеих мамочек, я, всё же, ответила на поцелуй и не пожалела. И почему я раньше этого не сделала? Как же хорошо! И как же стало пофиг на то, что наши мамы даже в танце успевали оценивать внешний вид друг друга неодобрительными взглядами.