Темная Империя 3

Ведьма же широко улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами, и полушутливо-полуиздсватсльски ответила:

— Случайно — нет, а если говорить о не случайности, то да — Даррэн мой старший, единственный и обожаемый братик.

Несмотря на охватившую меня неловкость от ситуации, внутренне я почему-то лаже не усомнилась в этом. Нет, внешне они были совершенно непохожи друг на друга, но что-то общее в выражении лиц, в походке, тон голоса, стиль речи…

— Не удивлена, да? — догадалась Благодать Никаноровна.

Говоря откровенно, сейчас я смутно припомнила, что о сестре лорд Эллохар рассказывал, и имя, кажется, произнес именно «Риш».

И все же мне стало как-то неловко, ко всему прочему очень хотелось спросить, как получилось, что родная сестра темного лорда является ведьмой. Но я сочла это вконец бестактным и потому, спрашивать, конечно, не стала.

К всему прочему мне о другом сообщить следовало:

— Благодать Никаноровна, там у ворот голоса… — я запнулась, потому как ведьма неожиданно напряглась, пристально на меня глядя, — так вот… — продолжила неуверенно, — они просили передать, что у вас в ограде, как я понимаю, сто сорок вторая, двести восемнадцатая, и с пятисотой по пятьсот шестую доски прохудились.

Ведьма как-то жутко сощурила глаза, пристально вглядываясь в меня. И от этого ее взгляда я испытала почти физическое желание прикрыться щитом как минимум. А еще лучше дверью, или несколькими, в смысле оказаться подальше.

— Найришшша, — нехорошим, злым голосом протянула Благодать Никаноровна, — Найришшша, тебя кто растил?!

Не понимая сути вопроса, я переспросила:

— Простите?

Ничего не ответив, ведьма устало покачала головой и произнесла:

— Духов-хранителей и ведьма-то одна из тысячи услышит, но лишь как скрип, как шелест, как невнятный шепот.

Маги не слышат вовсе! Домовые и тс, уж насколько светлые души, понять слов извечных духов не в силах. Темные да, могут, но лишь при условии, что дух скован заклинанием, а ты… Мстила кому-нибудь хоть когда-нибудь?

Вопрос был столь неожиданным, что я невольно искренне ответила:

— Нет.

— Ненавидела?

Удивленно смотрю на Благодать Никаноровну. Происходящее резко перестало мне нравиться.

Все происходящее.

— Вы задаете странные вопросы, — сказала я, поднявшись и пройдя до столика, поставила чашку на блюдце, от чего раздался тихий звон.

Фарфор, знаменитый эльфийский фарфор, удивительно.

Подняв блюдце, рассмотрела вензеля Ведической школы, роспись охранных рун — ведьмочек защищали даже чашки. На какой-то миг я им позавидовала, ученицам этой школы. Здесь их очень любили, оберегали от всего, заботились, ценили… Но самое главное действительно любили и это ощущалось во всем.