Музыкальный приворот

Что ж, перенимаю лучший Нинкин опыт!

— Извините, — тихо сказала я, опуская руки. Когда я прошу у кого-то прощения, подруга мне говорит: «Ты еще поклонись!».

— Извините! — оказалось, я сбила с девушки шарфик, и теперь она была очень недовольна. — Надо смотреть, что делаешь!

Вот же скандальная дура! Я же попросила прощения. И не надо на меня повышать голос.

— Если бы ты мне по прическе попала? — все тем же противным голосом говорила она, скептически осматривая меня с ног до головы.

— Ну ведь не попала же, — пришлось ответить мне. Блин, неловко перед Антоном — выставила себя клушей в очередной раз.

— И радуйся, что не попала, — поправила сложно закрученные волосы девушка-скандалистка, — знаешь, сколько эта прическа стоит?

Три рубля она стоит, знаю. Сама, наверное, дома делала, а теперь выпендриваться решила! Нет, ну что за люди? Я же извинилась! Возникает так, как будто я ей по шее треснула или по голове, выбив последние мозги!

— И вообще кто ты такая? Что ты на меня так смотришь? — уловила мой озлобленный прямой взгляд эта наглая девица.

Антон, который молча стоял рядом со мной, решил, наверное, оставить меня одну, потому что пошел вперед, по направлению к раздевалке, и в это же время парень, проходивший между ним и моей врагиней, почему-то потерял равновесие, споткнулся и вылил на девушку, жаждущую скандала, целую банку холодной колы.

Как же она заверещала! Она орала, визжала, одновременно принялась стряхивать с нежно-розовой кофточки и волос сладкую воду и попыталась ударить парня по щеке. Но этот замечательный человек с боксерской ловкостью уклонился и обозвал ее нехорошим словом.

— Пошли? — позвал меня Антон, чуть улыбаясь.

— Ага… пошли.

На улицу мы вышли почти в шесть часов вечера. Почему-то стало теплее, домой совершенно не хотелось, и я тут же предложила еще немного прогуляться. Антон согласился, и мы опять бесцельно отправились бродить по знакомым и не очень, улицам.

— Слушай, я хочу кое-что спросить, можно? — сказала я ему, когда мы проходили мимо нашей местной достопримечательности — мимо компактной, но искусно выполненной статуи Аполлона, изящного молодого человека в греческой тоге, с золотой кифарой в руке.

В городе существует поверье, что если приложить ладонь к плоскому корпусу этой самой кифары, постоять так немного и загадать желание — оно обязательно сбудется.

Прошлым летом я тоже хотела так сделать, но со мной была Нинка, и она мне этого не позволила, заявив, что «все это глупые суеверия, какие-то умники решили приколоться и придумали эту прибаутку, теперь наблюдают за такими, как ты, и веселятся!»

— Конечно, — ответил Антон."

"— Может быть, сядем на лавочку? — указала я на одну из свободных лавочек неподалеку от статуи.