Музыкальный приворот

Ниночка сказала, что ты все сделаешь, Екатерина.

Я убью эту Ниночку.

— А когда надо предоставить материал? — уныло спросила я и тут внезапно вспомнила один из любимых Нинкиных приемов: она дует в трубку, отдаляя ее от губ и кричит, что ей ничего не слышно. А потом сразу же отключается и трубку больше не берет.

Я, под очередной заинтересованный взгляд Арина, стала усердно дуть в трубку и орать: «Я… Слава? Ты меня слышишь? Слава, ты где?»

Трюк удался. Не буду я ничего писать. Нинке надо — сама пусть этим занимается, она у нас барышня умная, никакими талантами не обделенная, настрочит прекрасную статью.

"Но Сеточкин был упрямым — он продолжал звонить. Я, кусая губы, глядела на экран. Ну не могу я ему прямо так взять и сказать: «Я ничего писать не буду, а Нинка — вруша и дура».

— Не берешь? Почему? — спросил музыкант.

— Да так, — махнула я рукой.

— Помочь?

— Как? — удивилась я.

— Возьму трубку, скажу, что не туда попали. Назойливый поклонник?

— Если бы, Арин. Нет, глава студенческой газеты, Сеточкин. Ждет статью.

Телефон временно замолчал, потом опять истошно заиграл надоевшую мелодию. Поменяю я ее на вибрацию, однако.

Молодой человек, не спрашивая меня, взял сотовый в свободную руку, продолжая рулить, нажал на кнопку принятия вызова и поднес телефон к уху. Ух ты, какая у него серьга классная — черный череп с красными глазами-камешками. Я благодарно посмотрела на Арина. Не известный бас-гитарист — а чудо. И милый, очень милый. Вот бы себе такого друга-парня. Было бы здорово.

— Вы не туда попали, — с некоторой заминкой сказал тем временем Арин. Выключил телефон. Потом посмотрел на меня удивленно и спросил:

— Кэт, ты уверена, что это твой Сеточкин? — задумчиво спросил длинноволосый.

— Да, уверена, — кивнула я. — Эх, теперь же будет все выходные мучить.

— Какой-то у него голос… знакомый.

— Да? Может быть, вы виделись раньше, — не придала я значения его словам. Мы, кажется наконец въезжали в город.

Телефон заорал вновь. Я вздрогнула. Нет, я прямо сейчас его в беззвучный режим поставлю.

— Еще раз взять?

— Давай. Спасибо заранее!

— Но, по-моему, это не Сеточкин или как там его, — не сводил глаз с незнакомого номера молодой человек. — Первый раз твой журналист звонил вот с этого номера?

Я посмотрела на светящийся экранчик.

— Я не запоминаю цифры с первого раза, — жизнерадостно ответила я.

— Сделай громкую связь. У меня есть кое-какие подозрения.

— Какие еще подозрения? — перекрикивая надоедливую мелодию, спросила я. Скоро я буду дома! Ну, если пробок, конечно, нет. Как же хорошо, что я встретила Арина.

— Веселые подозрения. Тебе понравятся. Слушай этот голос, — вдруг как-то сильно уж радостно улыбнулся черноволосый музыкант.

— Ага.

— Да? — произнес Арин, все с той же улыбкой.