Наша навсегда

Тоже выплескивая сконцентрировавшийся в крови яд боевого безумия.

У Васи буквально закрывались глаза от усталости и переживаний, и мы полетели вниз, стремясь урвать хоть чуть-чуть мести.

Но, как выяснилось, для того, чтоб дорваться до Веса, надо было занимать места заранее.

Не пустили нас, короче, старшие."

"Определили места на галерке. Чисто посмотреть.

И, самое главное, что вообще ни слова же поперек не скажешь! Это их война в первую очередь! А мы с Камнем, получается, в этом противостоянии чисто средствами были. Как и Вес, впрочем.

Но Вес, в отличие от нас, знал тех, кто руководил театром, и тут уже наши с Лехой кровожадные амбиции были всем похую.

Так что мы только пронаблюдали картину избиения младенца в исполнении Большого, и я подумал в тот момент, что не дай бог иметь этого маньяка у себя во врагах.

Про Большого я, честно говоря, ничего не слышал до недавних пор, тема с криминалом, благодаря стараниям отца, меня обходила стороной.

Но по внушительной армии немногословных северных дегенератов, привычных в своих лесах виртуозно орудовать ножом и попадать белке в глаз с одного выстрела, армии, которую пригнал с собой отец Васи, а еще по вполне характерным повадкам человека, у которого нет никаких вообще тормозов, я как-то сходу распознал в Большом мужика на редкость тяжелого и жесткого. И плюс его охуенный флер девяностых… Комбо, короче.

Я и не думал, что такие еще где-то остались. А они мало того, что остались, так еще и целыми краями, полными всяких природных ништяков, рулят.

Мой отец, тоже не просто так таскающий уже сколько десятилетий кликуху Бешеный, на фоне дикаря Большого смотрелся облагороженным цивилизацией и очень даже вменяемым чуваком.

Жнецов нацелил на Веса именно он, еще до всего этого, когда только его имя всплыло в нашей душевной беседе. При просмотре видео хроник веселых девяностых.

Тут надо понимать, что отец не стал мелочиться. Сходу тяжелую артиллерию применил. И она охеренно сработала точечным наведением.

Братья Жнецы в своей сфере были универсалами. Никто круче них не мог сочетать силовые методы и филигранно точечные проколы в самых нужных местах. Серый Жнец был гениальным хакером, а его старший братишка, Черный Жнец — дикой машиной смерти, по убойной мощи даже превосходящей Камешка.

Просто потому, что Камешек, при все его ярости и силе, все же не был полным дегенератом. И умел тормозить, пока не наделал делов. А Черный, говорят, не мог.

Про Жнецов я кое-что слышал, в отличие от тихо сидящего на своих северах Кощея-Большого.

И слухи эти были стремными.

Жнецов справедливо обходили десятой дорогой в обычной жизни. А вот заказов у них, говорят, было столько, что на годы вперед все расписание на стопе стояло.

И то, что они сорвались и помогли отцу вне очереди, о многом говорило.