Ты всё ещё моя (СИ)
– Если есть какие-то правила, озвучивай сейчас, – выдвигает Чарушин предупреждающе. И меня, будто током пробивает. Когда он стал таким жестким? Неужели из-за меня? – Молчишь? Молчание я приму, как вседозволенность. Моя жизнь принадлежала исключительно мне. Пока в ней не появился парень из моего прошлого и не заявил, что я все еще его. Я пытаюсь это отвергнуть. Не хочу снова страдать. Но, сопротивляться ему сложнее, чем целой вселенной.
Непрестанно движущийся в моем рту член не мешает. Я слетаю с катушек. Когда он выскальзывает, задерживаю губами головку и одержимо ее облизываю языком.
Вкус Артема, его грубые ласки и жадные толчки лишают меня рассудка. Становится плевать, как я выгляжу, чем все это закончится и что будет после.
Я схожу с ума от удовольствия, в котором напрочь стирается стыд и осознание какого-либо дискомфорта. Вся моя сущность скапливается и живет в одной точке моего организма – клиторе, который Чарушин так идеально натирает. Теряю необходимость дышать и принимать более естественное физическое положение. Мне не нужны ни кровь, ни ее постоянное обращение, ни само сердце. Все это уходит на столь дальний план, что разбей меня какой-то опасный приступ, я бы не заметила.
Одержимо преследую лишь плотское удовольствие. И, Боже мой, наконец, я взрываюсь. Тело разбивает миллионами огненных импульсов. Каждый из них я проживаю так ярко, будто отдельно взятую стремительную и сокрушительную маленькую жизнь.
Чарушин прижимает к моей плоти пальцы и со стонами впитывает ими всю ту пульсацию, что я выдаю. Толкается при этом в мой рот гораздо мягче, а потом, едва у меня в мозгах чуточку проясняется, и вовсе с чпокающим хлопком выскакивает.
Находит чумным взглядом мои глаза. Я от этого оголенного контакта задыхаюсь.
А уж когда слышу следующее совершенно безбашенное, словно выстрел в лоб, уведомление…
– Я кончу тебе в рот.
Вновь теряю ощущение реальности.
Не обдумываю. Не пытаюсь поймать свое отношение к этому действию. Не колеблюсь.
– Хорошо, – шепчу едва слышно.
И снова он меня заполняет. Я мычу и проливаю скупые слезы, осознавая, что притихшее было желание вновь нарастает. Я готова второй раз кончить, просто потому что мне нравится то, что Артем делает, как он это делает, и какие бешеные реакции выдает.
К сожалению, он быстро достигает своей вершины. С резким сиплым выдохом заталкивает член на всю длину и замирает. Разбухшая плоть начинает пульсировать, Чарушин – громко стонать, и, наконец, мое воспаленное горло обжигает мощным выбросом терпковатого семени. В какой-то момент Артем подается назад и, совершая ленивые инерционные движения, размазывает этот вкус по всему моему рту. Так как эякулята оказывается слишком много, вскоре он проливается и стекает мне по лицу.
Я думала, что Артем Чарушин раскрыл меня год назад, что мы постигли с ним полную близость, что я знаю об этом все... Нет. Только сейчас допираю, что означает эта его вседозволенность.
Чарушин хочет всю меня. Он собирается пересечь все границы. Границы, которые я, в силу своей зашоренности, пока еще даже не вижу. Сегодня прочертилась лишь одна из них. Артем ее продемонстрировал наглядно и столь же показательно разрушил.














