Училка и Чемпион (СИ)

Только бы этот гвоздь программы, он же чемпион-орангутанг побыстрее явился, чтобы Наташка сфоткалась и душа её на этот счёт успокоилась.

Только я об этом думаю, как дверь в вип-ложу распахивается и тяжёлой поступью входит Дорофеев.

— Мирон! — Анна аж в ладони хлопает. — Чемпион!

Все присутствующие начинают хлопать ему, скандируя “Чемпион!”, а я зависаю, рассматривая этого здоровилу. У Наташки хоть и были удачные билеты, но всё же далековато мы сидели, я со своим зрением особо шансов не имела в погоне за деталями.

Выглядит Мирон Дорофеев сейчас иначе. Не так уж он и похож на орангутанга.

На нём тёмные джинсы, белые кроссовки и легкий светлый свитер. Груда мышц спрятана под одеждой, но утаить ткани такую мощь не под силу.

Он делает лёгкий поклон, приложив ладонь к груди, благодаря за овации, и ухмыляется.

А потом его взгляд падает на меня и въедается кислотой.

— Эта для меня? — бесцеремонно кивает в мою сторону, глядя на Родиона, а потом снова переводит взгляд на меня. — Пошли детка, отойдём ненадолго. Мне сначала надо пар спустить после боя, а потом уже тусоваться будем.

Я давлюсь воздухом и буквально теряю дар речи.

ЧЕГО-О-О-О?!

* Запрещенная в РФ соц. сеть

3

Я вскакиваю с дивана и застываю, ощущая, как всё моё лицо начинает пылать. Чувствую, что у меня аж нижняя губа начинает дрожать от возмущения. Несколько раз открываю рот и захлопываю его обратно, потому что и слов внезапно на такую наглость подобрать не могу.

Боковым зрением отмечаю, что Наташка рядом замирает в шоке, она не меньше меня поражена, кажется, но мне сейчас не до неё. Я строго смотрю на этого наглого орангутанга, но он почему-то совсем не тушуется под моим взглядом.

— Ну ты чего так распереживалась, скоро вернёмся, — этот гад хватает меня за локоть своей лапищей и бесцеремонно тянет за собой."

"— А ну руки убери, ты! — вскрикиваю гневно, выдёргивая локоть. Сердце в груди ухает так, что пульсом басы клубной музыки глушит в моей голове. Мышцы на ногах и руках дрожат, в животе становится нехорошо.

Дорофеев от неожиданности выпускает мою руку и разворачивается. Смотрит с таким удивлением, как если бы его поверженный противник вдруг резко вскочил во время счёта рефери и начал танцевать тарантеллу или жок.

Я же обхватываю себя руками в попытке перестать так дрожать. Выдерживаю его взгляд, в котором шок сменяется раздражением.

— Родь, я же просил без специфики бабу подогнать. На кой хер мне сейчас эти ролевые игры? Я уже наигрался на сегодня, — потом снова смотрит на меня, проходится с головы до ног и обратно так, будто на мне одежды совсем нет. — Всё, я понял, отлично в роль вжилась, но давай без игры в училку-недотрогу.