В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Это Гарри тоже выяснил опытным путём, когда после очередного разноса от декана в сердцах бросил: «Ненавижу я эту чемерицу, чем бы она ни была!»

И мямля Невилл внезапно разразился страстной речью в защиту травы с дурацким названием. Правда, речь произносилась опасливым шёпотом, но Лонгботтом не заикался, договаривал предложения до конца и был очень убедителен – уже через пять минут Гарри свято уверовал в чудодейственные свойства чемерицы.

Так и приспособились – Гарри варил зелья, а Невилл заведовал ингредиентами растительного происхождения, ибо к прочим его подпускать было нельзя.

Попутно Гарри беззастенчиво пользовался поистине энциклопедическими знаниями Лонгботтома в травоведении. Он перестал заглядывать в учебники по гербологии – хозяин доблестного Тревора знал намного больше и объяснял гораздо понятнее.

– Отлично, мистер Малфой, мистер Забини, – раздался звучный голос Снейпа, и Гарри бросил короткий взгляд на соседнюю парту. Само собой, два лучших ученика по зельям уже успели сделать первую закладку и теперь с умопомрачительной скоростью крошили, нарезали и толкли оставшиеся ингредиенты.

Гермиона лихорадочно перемешивала свой отвар, и негодующе поглядывала на свою напарницу Лаванду Браун.

Гарри вздохнул. Он так и не смог убедить гриффиндорскую «пациентку», что соревноваться с этой парочкой в зельеварении бесполезно. Забини варил зелья интуитивно, абсолютно не сверяясь ни с каким рецептом, а Малфой с его почти фотографической памятью и необыкновенной ловкостью был идеальным ассистентом.

У них же с Лонгботтомом дела шли ни шатко ни валко. Цвет зелье поменяло, но густота раствора Снейпа нипочём не устроит.

Кому другому это могло сойти с рук, а вот им с Невиллом светил очередной Тролль.

Гарри расстроился бы, но вчерашний день так измучил его, что на учёбу было попросту плевать. Интервью, допрос, дуэль, Пьюси, Малфой, змея эта несчастная…

Вчера вечером у Гарри уже не было сил бояться, когда Ургхарт ухватил его за плечо и повёл в спальню первого курса. Поттер был готов к подзатыльнику или ещё чему похуже в наказание за разговоры на змеином языке, но Теренс неожиданно бережно усадил его на кровать и без приглашения уселся рядом.

– Ты, герой, не злись на Теодора, – сказал он и досадливо поморщился. – Он не со зла, просто не подумал. Твой белобрысый приятель сейчас вломит ему от души, и я даже постараюсь не заступаться.

Гарри только глазами хлопал, он уже совершенно ничего не понимал.

– Не думаю, что в подземельях тебе что-то грозит, – продолжал Ургхарт, – но на всякий случай держись на виду у меня или у Боула. Вы ведь неплохо с ним ладите, да?

Гарри кивнул и хотел было спросить, в чём, собственно, дело.