Ванька-ротный

“Товарищ! Товарищ! Что ты мямлишь. Метал в голосе должен быть! И вот сейчас с металлом в голосе) и тот же миг приставил ногу и щелкнул каблуками. Я вытянулся в струнку и замер на месте, готовый по малейшему его движению пальца ринуться в любую сторону.

8.

Я рявкнул так, как нас в училище подавать команды учили.

– Курсант Михайлов! – что ты мямлишь как сивая кобыла – У тебя в голосе металл должен звучать!

Я воткнул глаза в генерала и не моргая смотрел на него.

– Тоже мне разведчик! – сказал он и добавил несколько крепких слов.

На нас, на фронтовиков они действовали как небесная благодать.

– Где был когда из госпиталя сбежал?

– В Москве – не делая паузы, выпалил я.

– Подполковник, сколько он там был?

– Семь суток ровно с дорогой туда и обратно! – Подполковник тоже подтянулся и стоял на стороже, как охотничья Лягавая (собака) в стойке. Но моя стойка была великолепней. Один из полковников улыбнулся и покачал головой. Генерал посмотрел на подполковника и на меня.

– Стоят как два кобеля, не моргая! – сказал он и тоже заулыбался"

"– Запиши ему семь суток ареста! Но это не всё! Это формальная сторона наказания! На участке вашей дивизии целый месяц не могут взять языка. А пленный мне сейчас очень нужен! Даю тебе неделю срока (семь дней опять – подумал я) возьмешь пленного и наказание сниму.

– Пленный будет, товарищ гвардии генерал-лейтенант!

– Хорошо, капитан, посмотрим! Подполковник, запиши ему в приказ семь суток! Сегодня пятница. В следующую пятницу напомни мне.

– Разрешите идти?

– Иди! Я повернулся на каблуках, вытянул вперед правую ногу и громыхнул по досчатому полу так, что стол от моих шагов вздрогнул и подпрыгнул на месте. Я пригнулся у колоды и вышел за первую дверь. Вдохнув полной грудью с облегчением спертого воздуха в проходе, я взял свой полушубок и вышел на волю. Небо сияло яркими отблесками весеннего солнца. Всё я видел казалось по другому, и пространство раздвинулось неизмеримо вширь.

Я сел возле кухни на толстое бревно, достал кисет и закурил махорки.

– Ну как? – спросил меня повар-солдат.

– Вроде пронесло! А это дело для меня знакомое и привычное.

9.

– Ну-ну! Значит опять на передовую? Опять туда?

– Да! Наше дело такое!

Утром 7-го апреля пакета мне никакого не дали. Подполковник сказал, что он позвонит в штаб и добавил:

– Надеюсь, что ты без заезда в Москву в дивизию попадешь! И улыбнулся понимающе.

Я получил продатестат и не теряя время отправился в штаб дивизии. В штабе дивизии мне не задавали лишних вопросов, где я был и сколько суток прогулял в Москве. Сказали только, что на мое место в 52 полк две недели назад назначен старший лейтенант. Он недавно в дивизии, дела как ты досконально не знает, но говорят что старается и нет смысла его от туда снимать.