Верность не гарантирую

Толкаю приоткрытую калитку и шагаю по вычищенной от снега дорожке за дом, где, очевидно, и происходят все гулянья.

- Рокотов! - выкрикивает Иван, поднимая руку. - Бля!.. Не верю своим глазам!..

Иду ближе, подхожу к зоне барбекю, жму парням руки. Сидящий на лавке Кулемин, чуть повалившись на бок, еле держится.

Народу больше двадцати человек. Ржут, кидаются снежками, кое-кто даже в сугробе барахтается.

- Ты че так вырядился?

Все в костюмах для активного зимнего отдыха, один я, как черная ворона, в пальто и брюках.

Подняв воротник, затягиваюсь никотином, и стряхиваю пепел в мангал. Взглядом по присутствующим рыскаю. Может, в доме?

- Выпьешь? - предлагает Пашка заплетающимся языком.

- Давай.

- Вань, плесни ему, а то стоит как неродной.

Мне наливают виски и протягивают пластиковую тарелку с мясом. Выпиваю, закусываю. Слизистую неприятно обжигает, вкуса шашлыка не чувствую. Будто резина.

- Как дела? Как бизнес?..

- Пучком все.

- Вы в области филиалы, что ли открываете? - спрашивает Андрюха, которого я так и не взял к себе работать.

- Уже два открыли.

- Монополистами хотите стать? - скалится пьяно. - Грех сможет тебе конкуренцию составить. Не боишься?

- Какую? - усмехаюсь придурку. - Он не строит жилые комплексы.

Затыкается. Делает вид, что мясо срочно перевернуть нужно. Парни тихо над ним посмеиваются, а я, осушив бокал, направляюсь туда, где с кем-то в сугробе кувыркается Ермолина.

- Артур Александрович! - вскрикивает она, заметив меня.

Машет обеими руками и прыгает на месте. Явно тоже под градусом. Приближаюсь и жду, когда двоюродный брат Кулемина поможет ей выбраться из сугроба.

- Привет.

- Здравствуйте, биг босс!.. Вот так сюрприз! - хохочет она.

- Где твоя подружка?

- Денежка? - хлопает глазами, вытряхивая снег из капюшона. - Дома, наверное... Она ж беременная."

"- Тася.

- Миронова?.. А что ей здесь делать? У нее ж там любовь-морковь и все дела!..

Впиваюсь взглядом в ее лицо. Злорадствует, сучка. Чувствует каким-то образом, куда давить, и давит. Слова ее точно в цель попадают - иллюзии осыпаются к ногам как стеклянное крошево.

Любовь-морковь все таки...

- Ее приглашали сюда? Почему она не пришла?

Ермолина закатывает глаза и, вздохнув, выпускает изо рта облако белого пара.

- Почему бы тебе самому у нее не спросить, Артур?

Отдает честь и возвращается в сугроб.

Я, наблюдая за всеобщим весельем еще несколько минут, прихожу к выводу, что мне здесь больше делать нечего.

- Чего приезжал-то? - кричит в спину Пашка, когда я беру курс на выход.

- Повидаться. - отвечаю, не оборачиваясь.

Еще одна скуренная в ожидании такси и сигарета и муторный сон по дороге домой.

Алкоголь выветривается быстро, оставив после себя звон в ушах и привкус горечи на языке. Захожу в квартиру и, скинув обувь, прохожу в центр гостиной прямо в пальто. Тихо, чисто, уютно, но... пусто.