Виконт. Книга 3. Знамена Легиона (СИ)

Только вот зачем? Потерять в дороге четверть армии и, дотащив остальных, измученных таким маршем осадить крааль? Ага, орки будут только сидеть и ждать, когда придут белые люди и устроят им маленький геноцид. Как только авангард тронется в путь, побегут гонцы с вестями об этом. И на пути отряда появятся ловушки, засады, летучие отряды, прорежая и без того измученную и демотивированную непонятным приказом армию. А когда она подойдет к стенам Чиумбо, то там ее будет ждать огромное войско из стекшихся на защиту крааля орков и их союзников-негров. Или, что вернее, им достанется пустой или сожженный крааль без всякой добычи, а орки, как всегда, рассеются по саванне и затаятся до поры до времени, пока белым завоевателям не надоест пить из отравленных колодцев и голодать, а дальше — опять засады, ловушки, партизаны… Короче, если пара рот вернется обратно в ППД, это будет огромным успехом.

Вот поэтому никто и не брал Чиумбо, ограничиваясь лишь редкими донесениями еще более редких лазутчиков. Со всех точек зрения это не имело никакого смысла. Стратегической — никакого значения этот мегакрааль не имел, таких поменьше по всей саванне сотни раскиданы. С политической — уничтожь один — инкоси переселится в другой и устроит там свою резиденцию и место для паломничества. Ну а про экономическую целесообразность и говорить не приходится. И лундийцам так и приходилось исполнять акробатический трюк — скрежеща зубами от злости и беспомощности одновременно надувать щеки про миссию белого человека и несение цивилизации отсталым народам. Которая им нафиг не нужна.

Пока все это выглядело как жалкая попытка комара закусать слона насмерть. Если оркам надоест существование Легиона — они его просто помножат на ноль и завалят трупами, но уничтожат. При одном условии — что найдется тот вождь, который объединит разрозненные и враждующие между собой племена, подчинит их себе, жестко мотивируя различными способами, и захочет вышвырнуть завоевателей с Черного Истока. Поэтому подобные сообщения вызывали естественный интерес с точки зрения существования лундийских колоний. Точнее, угрозам этого самого существования.

— Изложите все это в письменном виде, — приказал капитан.

— А с пленным что делать? — спросил Бенидан.

— Отпустить, конечно. Не хватало нам еще терок с местными. Пускай двурушничает, что с него взять.

— Свои соображения на бумаге излагать? — спросил я.

— Не умничай, Гарс. Я к тебе хорошо отношусь, но не лезь, куда не просят. Только факты. Все то, что вы узнали от индуна, но ни слова больше. Свою задачу вы выполнили. Теперь берите фургон, и довезите старикашку до места. Поставьте там, где взяли.

— Есть, господин капитан!

— Свободны.

Мы, не сговариваясь, покинули кабинет капитана.