Властелин Колец: Две Крепости

— Вначале я подумал, что вы сами орки, — сказал он, — но теперь вижу, что это не так. Вы плохо знаете орков, если решились на такую погоню. Они быстры и хорошо вооружены, и их много. Вместо охотников вы стали бы добычей, даже если сумели бы догнать их. Но в вас есть что-то странное, Скороход. — Он снова оглядел своими острыми глазами Следопыта. — Это не имя человека. И одежда ваша слишком странная. Откуда вы взялись? Выпрыгнули из травы? Как вы скрылись от нашего взгляда? Вы эльфы?

— Нет, — ответил Арагорн. — Только один из нас эльф — Леголас из Лесного королевства в отдаленном Чернолесье. Но мы пришли через Лотлориэн, и с нами — дары и милости его Владычицы.

На мгновение в глазах всадника удивление вспыхнуло с новой силой, но тотчас взор его стал холодным.

— Значит, в Золотом лесу и впрямь правит Владычица, о которой говорится в старых сказках! — воскликнул он. — Говорят, мало кто может избежать ее чар. Странные времена настали! Но если вы снискали ее расположение, значит, вы тоже маги и чародеи? — Он повернулся и холодно взглянул на Леголаса и Гимли. — Почему вы молчите? — спросил он их.

Гимли встал и прочно расставил ноги, руки его ухватили рукоять топора, глаза блеснули.

— Скажите мне свое имя, хозяин лошадей, и я скажу вам свое, — ответил он.

— Что касается этого, — сказал всадник и поглядел сверху вниз на гнома, — то чужестранец должен назвать себя первым. Но так уж и быть. Я Эомер, сын Эомунда, третий Маршал Риддермарка.

— Тогда слушайте меня, Эомер, сын Эомунда, третий Маршал Риддермарка! Гимли, гном, сын Глоина, должен предостеречь вас от глупых слов. Вы дурно говорите о той, чья красота превышает ваше понимание, и лишь слабый разум может служить вам оправданием.

Глаза Эомера сверкнули, люди Рохана гневно заговорили друг с другом и придвинулись ближе, нацелив копья."

"— Я срубил бы вам голову вместе с бородой, господин гном, не будь она так низко от земли, — стал угрожать Эомер.

— Он не один, — молниеносно отреагировал Леголас, натягивая лук и накладывая стрелу на тетиву. — Вы умрете прежде, чем успеете нанести удар.

Эомер поднял меч, и все могло бы окончиться плохо, но Арагорн быстро стал между ними и поднял руку.

— Прошу прощения, Эомер! — воскликнул он. — Когда вы будете знать больше, чем сейчас, вы поймете, почему разгневали моих товарищей… Мы не несем зла Рохану — ни его людям, ни лошадям. Не выслушаете ли вы наш рассказ, прежде чем ударить?

— Выслушаю, — сказал Эомер, опуская меч. — Но чужеземцы в Риддермарке проявили бы мудрость, если бы в наши сомнительные времена были менее высокомерны. Вначале назовите мне свое истинное имя.

— Вначале скажите, кому вы служите, — потребовал Арагорн.