Властелин Колец: Две Крепости

— Погоди, Голлум! — воскликнул Сэм. — Не торопись! Я пойду у тебя за спиной и буду держать в руке веревку.

— Нет, нет! — воскликнул Голлум. — Смеагол же обещал.

Глубокой ночью под жесткими яркими звездами они выступили в путь.

Голлум повел их назад на Север, по пути, по которому они пришли; потом повернул вправо от крутого обрыва Эмин-Муила вниз по каменистому склону к болотам. Надо всей равниной, простершейся до самых врат Мордора, царила черная тишина.

Глава 2

Переход через болота

Голлум двигался быстро, часто опускаясь на четвереньки и вытягивая шею вперед. Фродо и Сэм с трудом поспевали за ним.

Но он, по-видимому, больше не думал о бегстве, и, если они отставали, он поворачивался и ждал их. Через некоторое время он привел хоббитов на край уже знакомого им узкого ущелья; на этот раз они оказались дальше от холмов.

— Вот! — воскликнул он. — Здесь путь вниз, по нему мы пойдем… Туда, туда. — Он указал на Юг и Восток через болота.

Болотные испарения, тяжелые и отвратительные даже в холодном ночном воздухе, ударили им в ноздри. Голлум бегал взад и вперед по краю ущелья; наконец он подозвал их:

— Тут мы можем спуститься.

Смеагол однажды проходил этим путем: я проходил вот здесь, прячась от орков.

Он пошел впереди, и хоббиты спустились за ним в полутьму. Спускаться было нетрудно: здесь ущелье было лишь около пятнадцати футов в глубину и двенадцати в ширину. На дне текла вода: в сущности, это было русло одной из множества речек, сбегающих с холмов и питающих стоячие болота внизу. Голлум повернул направо, придерживаясь южного направления; послышался плеск его плоских ступней в ручье. Казалось, вода доставляет ему радость, он хихикал и иногда даже напевал что-то вроде песни.

Тверда и холодна земля,Нас за руки кусает,И злобно и бессовестноНас за ноги грызет.А скалы очень твердые,Противные, костлявые,На них ни капли мяса,Ни капли не растет!Но вот ручьи — чудесны.Да и пруды приятны.В них мокро и прохладно,И рыбка в них живет.— Ха, ха! Чего же мы хотим? — спросил он, искоса поглядывая на хоббитов. — Мы скажем вам, — прохрипел он. — Он давно разгадал эту загадку. Да-да, Бэггинс догадался. — Глаза его сверкнули, и Сэм, уловивший их блеск в темноте, решил, что приятного в нем мало."

"Живая — а не дышит,Холодная как смерть.

И пить совсем не любит,Но все же пьет и пьет.Закована в кольчугу,Но вовсе не звенит.На суше она тонетИ даже не кричит.Ей ветерок — источник,И остров ей — гора.Поймать ее неплохо бы,Особенно с утра.Она такая гладкая,Блестящая и сладкая,Она такая сочная,Ловить ее пора!Эти слова напомнили Сэму о проблеме пропитания. Хозяина это, по-видимому, не интересовало, зато интересовало Голлума. В самом деле, чем питался Голлум в своем долгом одиноком путешествии? «Да, приятного мало, — думал Сэм.