Влипла! или Смотри, не влюбись (СИ)

 — Маша, подойди! Сколько я могу тебя звать?

— Что за Маша? — спросила я у Светы шепотом и та тоже непонимающе пожала плечами, и слегка растеряно вместе со мной посмотрела в сторону гостиной.

— Ну, неужели меня не слышно? — ворчливый голос и топот женщины оказался совсем близко и вскоре Екатерина Михайловна очутилась в кухонной зоне с Тимкой на руках, чтобы сходу наехать на меня. — Маша, где бутылочка Тимура?

Маша? Ей бусами шею перетянуло?

— Она Майя, мама, — тактично поправила ее Света, но что демоническая мама лишь слегка закатила глаза, типа, «да какая разница?».

— А бутылочка, смесь и всё остальное для Тимура находятся в сумке для мамочек. Голубая такая. В гостиной в кресле, — у меня почти даже улыбнуться получилось.

— Хорошо, — пафосно дернула бровями женщина и, развернувшись, потопала обратно в гостиную, разговаривая с самой собой, но так, чтобы слышали все. — Надеюсь, твоя мачеха ничего не забыла…

— Вообще-то, сумку собирал ваш сын, а не я, — не удержавшись выкрикнула я.

От ее высокомерия и неприязни в отношение меня, хотелось побить ее огурцом, а сверху нашлепать пучками зелени, которые я как раз тщательно намыла.

— Не принимай на свой счёт, — мягко пожала Света моё плечо и тепло улыбнулась. — Она долго и тяжело привыкает к новым людям. Я двоих родила прежде, чем она поверила, что у меня с ее сыном всё серьёзно.

— Двоих? — посмотрела я на несуществующие часы на своем запястье. — Ну, сегодня я уже не успею.

— Не переживай, — рассмеялась Света и просто свела меня ароматом теплого салата с баклажанами. — С возрастом она стала более мягкой, так что двоих рожать не придется. Возможно, удастся отделаться одним.

— Ну, слава Богу! — иронично усмехнулась я.

 — Подожди-подожди! То есть сейчас Екатерина Михайловна реально душка?

— Ну, можно и так сказать.

— Я даже представить боюсь, что было лет двадцать назад.

— Лучше не надо, — сгримасничала Света. — Мне по началу казалось, что она воспринимает меня как чуму, что прокралась в их дом и решила забрать одного из сыновей. А ведь мы с Сашей сначала жили у его родителей. Целых два месяца.

— Два месяца с Екатериной Михайловной под одной крышей? — выпучилась я. — А покажи шрамы.

— Пхах! — рассмеялась Света.

 — Если бы… эта женщина знает, как кусать так, чтобы не осталось следов. Она, кстати, почти не улыбается. Мы с Сашей иногда называем ее Катя Бэкхем из-за этого. Но ты тоже к этому привыкнешь.

— И что, у нее прям совсем-совсем не было любимчиков среди невесток? — вопрос был с подковыркой. На самом деле мне хотелось узнать хоть что-нибудь про маму Тимура, но при этом не хотелось вдаваться в подробности трагедии, потому что я точно знала, что я расплачусь, когда опять подумаю о том, что малыш остался без мамы.