На границе империй #04
Центральная база командования восьмого флота империи Аратан. Командующий флотом вызвал к себе руководителя отдела, занимающегося кадровыми вопросами флота.— Илона, объясни мне, что всё это значит? Я открыл досье Алекса Мерфа, а в нём написано, цитирую: "Характер стойкий, нордический. Холост. В связях, порочащих его, замечен не был. Беспощаден к врагам империи." Что означает "стойкий, нордический"? Почему не был замечен, когда даже мне известно, что был?— Это означает, что начальнику СБ не стоило давать разрешения на некоторые специализированные базы. Подозреваю, что он так надо мной издевается из-за содержимого его настоящего досье.— Тогда, где его настоящее досье?— Вот оно. Только не показывайте его искину.— Почему?— Он обучил искин станции ругаться на непонятном языке, и теперь он всех посылает сразу как его видит.— Очень интересно. И куда посылает?— Наши шифровальщики с большим энтузиазмом работают над этим вопросом.
Пришлось выдернуть бластер из кобуры и направить на них. Моя охрана тоже не дремала и также вязала их на прицел. Вот только что дальше произошло, я так не понял.
Он вроде стоял на месте, а потом оказался уже рядом. Сильная боль в районе шеи была последней, что я запомнил.
Открыл глаза — лежу на койке. Где это я? Поднял голову и осмотрелся. Ну надо же. Как мне здесь всё знакомо. Камера-одиночка в СБ, где я уже провел три месяца. Интересно, как я здесь очутился? Последнее, что помню, как я пригрозил бластером представителю контрразведки. Кстати, а где бластер? Как ни бластера не нашлось, так и ничего из одежды на мне не оказалось.
Нейросеть показывала, что я провёл в отключке почти сутки. Сильно болела шея. Только несколько раз просмотрев запись, сделанную нейросетью и замедлив её, я понял, что произошло. Это контрразведчик был модификантом и невероятно быстро двигался. Это он вырубил меня ударом в район шеи. Вот только как и за что я оказался в СБ было не понятно.
"Вскоре мне в карман двери упала бутылка воды и сухой паёк. Интересно, стоит идти забирать или нет? Немного подождал. Вроде никто не поджидал меня за дверью. Резко подошёл и забрал. Очень хотелось пить. Сухой паёк отложил в сторону. В прошлый раз наелся так, что сих пор видеть не мог.
Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном,
Клюет, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно.
Зовет меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим»…
Лежал на койке и пытался вспомнить, что там было дальше, но как бы ни старался — не мог.
— Выходи.
— Не выйду. Мне здесь хорошо.
Решил сразу поставить его в тупик и посмотреть, что он будет делать.
Часть 4
— У меня приказ командования выпустить тебя.
— Что-то я не припомню приказа, который бы поместил меня сюда.
— Приказ был. Все вопросы не ко мне, а к командованию.
— Кто командует теперь на станции?
— Ты.
— Я?
— Да, ты.

















