На границе империй #04
Центральная база командования восьмого флота империи Аратан. Командующий флотом вызвал к себе руководителя отдела, занимающегося кадровыми вопросами флота.— Илона, объясни мне, что всё это значит? Я открыл досье Алекса Мерфа, а в нём написано, цитирую: "Характер стойкий, нордический. Холост. В связях, порочащих его, замечен не был. Беспощаден к врагам империи." Что означает "стойкий, нордический"? Почему не был замечен, когда даже мне известно, что был?— Это означает, что начальнику СБ не стоило давать разрешения на некоторые специализированные базы. Подозреваю, что он так надо мной издевается из-за содержимого его настоящего досье.— Тогда, где его настоящее досье?— Вот оно. Только не показывайте его искину.— Почему?— Он обучил искин станции ругаться на непонятном языке, и теперь он всех посылает сразу как его видит.— Очень интересно. И куда посылает?— Наши шифровальщики с большим энтузиазмом работают над этим вопросом.
Кстати, а когда был первый?
— С ящером.
— Там тоже не было ничего особенного. Он разумен и не опасен. Я подумал, что ты про то, что я пиратов упустил.
— Нет. Все уже поняли, что пиратов ты уничтожаешь очень хорошо, а вон Алда до сих пор под впечатлением от тебя, — Правда, Алда?
— Это точно. Когда он зашёл вместе с ящером, я не знала куда бежать, но ящер оказался очень милым и немного грустным.
— Вот видишь, Алде ящер понравился.
— Многим на станции, кстати, также, — добавила она, — Что ты ещё натворил?
— Алда поверь, ничего особенного. Не понимаю что такого?
— Элла говорит, что твое «ничего особенного», всегда очень интересным оказывается.
— В этот раз, правда, ничего особенного. Вот запись. Сама посмотри.
— Действительно ничего особенного, всего лишь отправил в медсекцию троих.
— Вот я и говорю, не убил ведь никого. Отдохнут от службы, полежат в капсулах и будут как новенькие.
— Они уже вернулись на службу.
— Отлично. Проблема решена. Я вас покину. Мне нужно в каюту заскочить.
Оставив их в приёмной. Зашёл к себе в каюту. В ней у экрана сидела Мила и разговаривала с отцом.
— Привет семейству.
— Вот и виновник торжества пожаловал. Не успел прилететь, сразу начал войну с СБ? — спросил отец Милы.
— Это почему сразу? Это они на меня напали. Значит, они её начали.
— Потому что ты по-другому не можешь! Только прилетел и сразу жалоба на тебя приходит от СБ. Зверски избил троих сотрудников.
— Они сами виноваты. Мила отправь ему это видео. Я их принял за грабителей. К тому же, они живы и здоровы.
— Всё равно нужно было как-то помягче с ними что ли. Они гражданские всё-таки.
— Куда уж мягче? Не убил никого? Могу им цветы отправить в качестве извинения от меня.
— Цветы вон Миле подари, а с ними это будет явный перебор.
— Я не против, — тут же подтвердила Мила.
— Тебя вообще как страшное оружие нужно запереть и никуда не выпускать со станции.
— Я здесь зачахну.
— Ничего, тебе Мила не даст это сделать.
Мила тут же кивнула в знак согласия и подтвердила:
— Не дам.
— Сговорились?
— Нет, — подтвердили оба.
— Где линкоры? — спросил вице-адмирал.
— Поставил на стоянку около станции.
— Давно ли ты стал пилотом?
— Недавно, почти перед самым вылетом.
— Свяжись с финансистами. Они хотели с тобой поговорить.
— Хорошо. Скажи мне, что за дурацкие запреты пилотам на вылет со станции?
— Понятия не имею, разговаривай с финансистами.
— Понятно. Все понятия не имеют, но при этом дружно отправляют к финансистам. Поговорю с ними. Только вначале душ приму.
Оставив их, общаться между собой, ушёл в каюту и душ. На выходе оттуда, меня ожидал сюрприз. В виде Милы и практически полного отсутствия на ней одежды. За исключением нижнего белья.

















