Возвышение Меркурия. Книга 3

Мол, некий Василий Афеев уже закрыл вопрос. А потом поинтересовались, что это за хрен с горы, нарисовался у них в Мурманске и какого ляда там происходит.

Сделав секундную паузу, добавил.

— У меня есть пара более или менее надёжных коллег в городе. Сейчас попробую кого-то из них разбудить. Не вздумай выкинуть какой-то из своих фокусов. Очаг активности Чернокровых, это тебе не дуэль и не война родов. Сбежишь от Третьего отделения и на поиски бросят всё, что есть под рукой. Ещё и подозреваемым сделают. Потом не отмоешься.

Я заверил, что не собираюсь бежать и тот отключился, попросив ждать.

О сумме за услуги своего коллеги, даже не упомянул, а судя по лексике, которая прорывалась у обычно сдержанного адвоката, ситуацию он и впрямь считал серьёзной.

Дальше события разворачивались весьма стремительно. Сначала к нам прибыла целая колонна танков — тридцать две боевые машины, которых сопровождало больше двухсот хорошо вооружённых пехотинцев. Лягдов безусловно сообщил, что костяных конструктов больше не наблюдается, но наверху решили перестраховаться. То ли его непосредственное руководство, то ли армейское начальство.

Следом к этому участку дороги примчались следователи и шеф Третьего отделения по Мурманской области. Сразу после него приехал глава полиции, а потом и вице-губернатор. Последним, как это ни странно, заявился какой-то генерал. Этот, сходу развил бурную деятельность, щедро раздавая приказы солдатам и выстраивая линии обороны. От кого именно он собрался защищаться, было не совсем понятно — с моей точки зрения его действия не несли никакого смысла.

Впрочем, подтекст стал понятен спустя четверть часа, когда в районе происшествия появились первые журналисты.

Вплотную их понятное дело никто не пустил — полиция и бойцы Третьего отделения оцепили всю территорию. Но это не помешало генералу давать комментарии и позировать для фотографий на фоне одного из стоящих вдалеке танков."

"Сандал, который решил послушать о чём именно рассказывает генерал, немедленно засыпал меня предложениями. Вырвать язык, остановить сердце, вырвать его душу и запихнуть в глиняного голема, после чего сделать из последнего общественный туалет.

Этот вариант заставил меня усмехнуться, из-за чего разом напряглись оба следователя, что вели допрос. Так что ястреб отправился патрулировать территорию. А я продолжил в третий раз излагать, как всё было. С официальной точки зрения, само собой. В которой отсутствовали какие бы то ни было божественные силы, зато имелись родовые техники, о которых я мог на полностью законных основаниях, не распространяться.

Ситуацию облегчал коллега Бельского, который действительно приехал на место.