Возвышение Меркурия. Книга 3

А ещё я чувствовал, как оживают разрозненные клочья поглощённой вчера силы, которые были связаны с Дарами. Не все, само собой — большая их часть уже была переработана. Зато остальные заставляли энергетический каркас работать в усиленном режиме."

"Несколько секунд я просто стоял на месте, не до конца понимая, что происходит. Потом все осколки силы разом втянулись в сверкающие ядра, а я внезапно понял, что чувствую Дар стоящего рядом Измайлова. Если быть точным, у него их было сразу два. Один связан с воздухом, а вот природу второго я точно определить не мог.

Что-то, имеющее отношение то ли к крови, то ли ещё к какой-то субстанции человеческого тела.

Дар мрачного Виталия позволял взаимодействовать с растениями. Насколько я понимал, не со всеми, а лишь с некоторыми. Но и это уже было ценной информацией. Вот внутри своей собственной оболочки, я Дара не обнаружил. Возможно сгорел во время смерти настоящего Афеева и моего вселения в эту смертную плоть. А может быть, умчался куда-то вместе с его душой. Сейчас точно сказать было уже невозможно.

Поняв, что оба юнца пялятся на меня, пытаясь понять причину по которой я молча стою на месте, смотря в одну точку, зашагал вперёд.

И уже через пару метров, понял в чём проблема девушки. Она отталкивала мужчин. Вызывала настоящее чувство омерзения и желание убраться подальше. В принципе, это не мешало находиться рядом — достаточно было лишь собраться с силами. Ощущения были пусть и неприятными, но не смертельными. Я бы сказал, такими же, как при прогулке по полю битвы, с которого никто не убирал трупы и они несколько дней провалялись под палящим солнцем. При большом желании, вытерпеть можно.

Но вот при мысли о том, чтобы прикоснуться к ней, внутри возникало мощное и с трудом преодолимое желание бежать. Желательно сразу в другой город.

Моя кольчуга её влияние даже не ослабляла. Даже после того, как в её вязь влилось немного божественной мощи. Тогда я попробовал другой подход — на этот взяв за базу, ауру Венеры, целенаправленно выпустил её в направлении девы и окутал смертную со всех сторон.

Давящее на разум чувство омерзения моментально пропало, как будто его и не было.

А где-то сзади сдавленно охнул Измайлов, видимо всё это время боровшийся с такими же ощущениями.

Когда между нами оставалось несколько метров, девушка всё же повернула голову, столкнувшись со мной взглядом. Смотрела так, как будто собиралась немедленно пойти в бой и погибнуть во славу очередного кого-то там, отправляющего солдат на убой. И заметно растерялась, обнаружив, что я продолжаю невозмутимо приближаться.

Когда же я остановился совсем рядом с ними, на её лице появилось искреннее изумление.