Возвышение Меркурия. Книга 3

Основной момент, чтобы они заканчивались не так, как у Марса — без разрушенных до основания городов и уничтоженных стран.

Отсмеявшись, князь снова упёр в меня взгляд сверкающих глаз что были видны в прорези шлема.

— Ты кем будешь-то, отрок?

Выражался он забавно. Как человек, явившийся сюда из совсем другой эпохи. По крайней мере, ни от кого из других смертных, я этого слова ещё не слышал.

— Василий Афеев, глава рода Афеевых.

Тот на момент задумался.

— Афеев… Подожди-ка. Не тот ли самый, что Савву из-за девки поломал?

Сандал мстительно предложил передать эти слова Волконским.

И посмотреть, как Наталья отреагирует на то, что её внучку назвали «девкой». Тогда как я увидел возможность закрыть свой вопрос с княжеским родом.

— Тот самый. Княжич вызвал меня на дуэль не выяснив обстоятельств и получил ценный урок. Да и вашего человека, который организовал нападение, я тоже не убил, хотя мог.

От закованной в металл фигуры, которая была окружена мерцающими энергетическими щитами, повеяло мрачностью."

"— Моего человека? Дом Голицыных не стал бы атаковать главу другого рода без объявления войны.

Да и за что? Савве давно пора перестать маяться дурью и начать думать прежде, чем делать.

Он настолько быстро влез в бесхитростно расставленную ловушку, что я невольно заподозрил подвох. Как-то не вязался этот князь со всем, что я слышал о Голицыных и их делах.

— Тем не менее, они на меня напали. Подрядили наёмников из «Болотного отряда», которые не справились с задачей. Доказательства у меня тоже есть. Родовой перстень одного из членов вашего рода. Вернее то, что от него осталось.

В следующий момент, патриций натурально взревел.

— Перстень рода? Не лги мне отрок! Ты убил эту мерзость, за что я тебе благодарен, но не переходи черту!

Знал бы он, сколько раз я слышал слова про черту от самых разных смертных, когда пребывал в теле очередного аватара. Наверное изрядно бы удивился.

— Когда закончим здесь, я с радостью покажу остатки этого перстня. А дальше, сами разбирайтесь, кому он принадлежит и почему вас не поставили в известность.

Несколько секунд он молчал. Буравил меня взглядом и раздумывал.

— Если всё так, как ты говоришь и мы пытались убить тебя из-за результатов дуэли, то ты получишь самое ценное в этом мире.

Извинения Ярополка Голицына.

Сандал издевательски захохотал, передав мне мысль о том, что более роскошного объяснения скупердяйству ещё не слышал. А сам патриций, момент помолчав, продолжил.

— Ещё у тебя появится право на одну просьбу. Но если ты лжёшь, то последствия тебе не понравятся.

Я согласно кивнул и показал на контейнеры, заполненные живым товаром.

— Что делать с этим?

Тот снова присмотрелся к грузу. Угрюмо произнёс.