Вспоминай меня ночью

– Почему, тогда, сейчас все так?

– Один раз, отец упрекнул меня, что я не ценю своего положения, не могу уступить ему некоторые МАЛЕНЬКИЕ частности в обмен на все, что он дал мне.

– Что он хотел?"

"– Этого я не хочу тебе говорить, Лекс. Ты слишком сильно реагируешь на мои проблемы. А это уже в прошлом.

И меня уже колотит. И, конечно, она чувствует.

– Не психуй! – прижимается сильнее. – Не было никакой жести. Просто упрек… И я сразу ушла от них.

– Скажи!! Обещаю не… лезть. Пожалуйста. Иначе я понапридумываю самого худшего и сойду с ума!

– Ты такой… – целует, целует, целует… – Хороший… Самый лучший! Не хочу, чтобы ты волновался! Не расспрашивай меня, мне сложно отказывать тебе…

Это хорошо! Во всех, бл*ть, возможных смыслах…

– Тогда скажи, – ловлю ее губы своими.

– Ничего запредельного. Просто неприемлемо для меня. Он хотел, чтобы я породнила его с семьей Ольваре.

Бл*ть...

БЛ*ТЬ!!! Ненавижу это е*учее семейство! Ненавижу оба эти семейства!

– Но я не оправдала его надежды, отказав в резкой форме. Меня просто накрыло только от одной мысли… Ты знаешь, почему… И, как-то, пьяным, он выговорил мне все это дерьмо! Я ничего не стала брать – ни вещей, ни денег, просто ушла к друзьям, устроилась на работу, продолжала учиться, танцевать, и все наладилось.

– Почему ты? Почему не Валери, например?

– Я была хорошей, послушной девочкой, а Вэл - оторвой. У Ольваре консервативный отец. Да и... Дэм хотел меня... Был влюблен в меня...

Он и сейчас…

Звонок ее мобильного снова прерывает нас, и я знаю, кто звонит. И, бл*ть, с трудом сейчас сдерживаюсь, чтобы не перехватить у нее из рук этот кусок пластика и не…

Она смотрит на экран и скидывает вызов.

– Мне пора. Обещай, что не будешь психовать. Или я не буду больше ничего рассказывать тебе.

– А есть еще что-то?!

Смеется!

И я целую ее в смеющиеся и уворачивающиеся губы – мое маленькое хохочущее счастье!

– Что, проблемная у тебя подружка?

– У меня? – замираю, не в силах вдохнуть. – Хлоя… ты … моя?

– Твоя… – шепчет она, взрывая нахрен мое сердце, ошметки которого летят мне в горло, голову, пах и, конечно же, не минуют мою приятную патологию.

И мне ТАК невыносимо хорошо. И, бл*ть, ТАК о*уительно плохо…

Потому, что это значит, что ее судьба и правда, бракованная!

Глава 22 - Ставки сделаны, карты вскрыты.

Ее давно уже нет рядом, но она все еще здесь. Теперь она есть у меня, и я могу дышать. И кислорода так много, что я пьяный им вдрызг! Одно ее слово сотворило новую патологию с моим организмом, и теперь, вместо того, чтобы выводить токсины, моя печень комбинирует их в амфетамин и выплескивает обратно в кровь. И уже несколько часов я под кайфом. Полный неадекват!

Твоя…

Твоя…

Твоя…

Сделайте мне лоботомию.