Все ведьмы – стервы, или Демона мы (не) вызывали

 — Ты такая красивая… — глядя на меня каким-то странным взглядом, от которого перехватывало дыхание, произнес он и потянулся к моим губам.

Отчего-то сейчас, сидя на коленях в плену его крыльев, вдыхая его такой непередаваемо-приятный мужской запах и глядя в его необыкновенно серьезные глаза, я даже не подумала отстраниться. И наверняка бы совершила очередную глупость и поцеловалась с этим хитрым демоном, но услышала ехидный голос Стеллы:

— Заканчивайте ваши исследования. Завтрак готов.

От этих слов Дамьен сам словно очнулся. Он застыл, почти касаясь губами моих губ, внезапно нахмурился, отстранился и произнес:

— Прости."

"Крылья резко пропали. Дамьен помог мне встать, встал сам и усадил меня на свое место. А потом отступил на пару шагов и зачем-то пристально уставился в область моего… пусть будет сердца. Проделал он это все так стремительно, что я только и успела хлопнуть глазами. А осознав, что произошло, резко запахнула разъехавшиеся полы халата, отчего-то испытывая самую настоящую обиду.

И вот что это было⁈ Как понять этого демона⁈ Нет, отправлять его нужно восвояси и даже не думать о… о каких-то там исследованиях!

Глава 13

Болт для Равновесия

Завтрак, к удивлению, прошел вполне мирно. Девочки расспрашивали Дамьена, как ему наша академия и как часто он бывает в нашем мире. Он иногда отвечал, иногда отшучивался, а мне было интересно слушать его выводы и краткие, но емкие ремарки обо всем, что он видел.

И все же мои мысли перескакивали на историю призрака, точнее — рассказ об артефакте Равновесия. Он ведь сказал, что Дамьен его почти восстановил. А что демон с ним будет делать, когда соберет? Где откроет переход? И поставит ли в известность наших магов? И собирается ли он открывать этот переход вообще? Или предпочтет оставить все как есть?

Несмотря на предостережения призрака, наши миры могут жить друг без друга еще сотни лет. Прожили же они так уже почти тысячу, и ничего. Да и изменения в наших мирах, произошедшие из-за отсутствия артефакта Равновесия, не сказать что катастрофические. И если Дамьен предпочтет забыть об артефакте, я его пойму. К чему приведет резкое сближение наших миров — большой вопрос. И хорошо еще, если не начнется очередная большая война.

Но было еще кое-что, что не давало мне со спокойной душой есть вкуснейшие пирожки — подруги меня не простят, если промолчу о том, что узнала. Но, что самое удивительное, мне и самой очень хотелось поделиться с ними! До этого у меня такой потребности не было. Я всегда была нелюдимой. Моя любовь к науке отбирала слишком много времени, чтобы успевать наладить с кем-либо крепкие дружеские отношения. Но в случае с Матильдой и Стеллой все оказалось иначе.