Закон подлости

– А, увидев, кто тишину нарушает, красноречиво поджал губы: - Господа адвокаты, вам скучно?

- Что вы, ваша честь, весьма занимательно, - отозвался Харламов, встретился взглядом с Машей, улыбнулся той. Та несколько смущённо кашлянула, уткнулась взглядом в бумаги. А Антонов рядом с Димой тихо, но выразительно протянул:

- О-о.

- Заткнись. Выгонят, - попросил его Дима.

Из зала Маша вышла в лёгком возмущении. Харламов встретил её в коридоре, точнее, махнул рукой, чтобы она подошла. Он разговаривал с мужчиной, с которым сидел в зале, и Маша отлично знала, кто это. Георгий Антонов, владелец адвокатского бюро «Профессионал».

В его конторе Маша после окончания института пытала счастья, но тоже безуспешно. А вот теперь пришло время познакомиться с ним, и, кажется, господин Антонов желает этого сильнее, чем она. Надо же.

- Маня, познакомься, это дядя Жора.

Маша приблизилась, на Антонова посмотрела. Тот её разглядывал и улыбался с особым умыслом. Вот это было не к месту в коридоре областного суда.

- Я не Маня, - уже привычно поправила она Дмитрия Александровича. Протянула Антонову руку. – Маша.

- А я не дядя Жора, - ответил тот, пожимая Маше руку.

Поправил яркий полосатый галстук, видимо, его распирало от внутренней энергии, и он не знал, куда её выплеснуть. На Машу можно было только смотреть и улыбаться.

- Я знаю, Георгий Викторович.

Харламов головой качнул, обменялся с Антоновым взглядом.

- Она всё знает, это страшное дело.

- Конечно, знаю, - отозвалась Маша со спокойной улыбкой. – Я запомнила всех, кто когда-то мне отказал и не принял на работу.

Антонов сдвинул брови, переспросил:

- И я отказал?

- Лично, - порадовала его Маша.

- Не переживай, Жора.

Я тоже долго сомневался.

Георгий окинул Машу ещё одним долгим взглядом, после чего решил похвалить:

- Вы хорошо держались, Маша. Троекуров на вас насел в конце, но вы выдержали. Это не каждому удаётся, Володя битый мужик. Помню, начальника вашего до бешенства довёл. Что за дело было, Дим, непредумышленное?

- Сейчас уже не важно, - быстро ответил Харламов. Такие воспоминания он не любил. Их надлежало проанализировать, сделать выводы, а после вычеркнуть из памяти. Дима на свою подопечную посмотрел и коротко кивнул. – Молодец.

- Ты каждый раз будешь сидеть в зале и меня контролировать? – спросила у него Маша, когда они вышли из здания суда.

Простились с Антоновым, тот всё чему-то радовался и посмеивался, поглядывая на Машу, а вот Харламов после прощания с ним неожиданно примолк. Маша тоже не сразу осмелилась заговорить, уже знала, что если Дмитрий Александрович впадает в задумчивость, лучше оставить его ненадолго в покое. Хотя, была опасность, что после он выдаст ей какие-нибудь новые наставления или расскажет о промахах, которые находил всегда и во всём.