Закон подлости

Когда Стас приехал, Маша реветь уже прекратила, но он сразу отметил покрасневшие глаза и нос. Принялся расспрашивать, а она возьми да и расскажи ему. Следом испугалась, смотрела в непонимающие глаза Стаса, он, на самом деле, не понимал, Маше даже в какой-то момент показалось, что не верит. И тогда она показала ему контракт. И даже сказала, сказала, кто его составил. Хотя, это было и не обязательно, Стас и без того бы догадался. Но Маше хотелось выговориться, и Харламова поминала чаще, чем жаловалась на Анну Александровну. Та Стасу матерью приходилась, и он её любил, а на Дмитрия можно было повесить пару лишних собак.

В итоге, Стас сорвался с места, заявил, что поедет к родителям и во всём разберётся, и этому Маша уже не сильно обрадовалась. Испугалась, что переборщила, начала уговаривать Стаса подождать до утра, остыть, но тот был неумолим. Маша его таким впервые видела. Стас был мрачен, серьёзен, расстроен и всё вчитывался в текст контракта, но вряд ли что-то в нём понимал, слишком злился. А потом он уехал, обещав позвонить и даже вернуться, но не позвонил и не вернулся. Маша ждала его полночи, пыталась звонить сама, но телефон оказался отключён. И думай что хочешь. И она думала, думала, чего только себе не придумала за прошедшую ночь. Итогом стали красные от недосыпа глаза, тёмные тени, что залегли под ними, и хмурая, несчастная физиономия с самого утра. А теперь вот ещё и Харламов пожаловал, видимо, в желании её окончательно морально добить. Закончить дело сестры.

- Жуткое место, - пожаловался тем временем Дмитрий, шагая по тротуару. Маше приходилось подстраиваться под его шаг, чтобы не отставать. - Негде оставить машину. Пришлось парковаться у Генкиной клиники.

- У какой?

- У Колесникова.

Маша не удержалась от смешка, правда, он вышел горьким.

- Клиника доктора Колесникова для вас Генкина клиника.

Дмитрий улыбнулся, они остановились у пешеходного перехода, и он попросил:

- Руку дай.

Маша машинально подала ему свою руку, и они перешли через дорогу. Руку её Харламов так и не выпустил, будто забыл. А Маша чувствовала себя несмышлёным ребёнком. Она почти всегда себя так чувствовала рядом с ним. И это было неприятно, но Маша далеко не сразу ловила себя на этом чувстве, изначально просто подчинялась. Голосу, взгляду, жесту. А Дмитрий Александрович ещё и не забывал давать наставления.

- Я тебе говорил, что нужно для того, чтобы быть успешным адвокатом?

- Да. Уверенность в себе, умение врать и улыбаться, когда тебе в лицо плюют.

Дима посмеялся над её объективностью.

- В принципе, ты всё правильно запомнила. Но это начальная подготовка, так сказать. Пункт второй: заводить нужные знакомства. И делать это так, чтобы тебя запомнили. - Он кинул на Машу особенный взгляд. - Но без особой пошлости, дорогая.