Запрещенная реальность. Том 1

Как всегда, он изменил внешний облик, и узнать Матвея Соболева в этом пожилом, усатом, вальяжно шагающем рабочем в комбинезоне было трудно.

В двадцать сорок монада поддержки взяла под контроль основную и резервную трансформаторные будки.

В двадцать пятьдесят мейдер подготовки отключил кабинет директора телецентра, имеющий собственный пульт управления, от сети, а самого директора с тремя инженерами и секретаршей запер в пожарном бункере, отрезав телефоны.

В двадцать пятьдесят пять экстревер сопровождения перекрыл входы в здание, нейтрализовал оперативную охрану и усыпил смену в шесть человек, дежурившую в центральной диспетчерской.

В это же время второй мейдер подготовки отключил от сети центральный пульт, с которого можно было переключать каналы и выходы студии.

Ровно в двадцать один ноль-ноль Матвей с тремя членами своего экстревера вошел в первую студию, где над дверью светилась надпись: «Вход воспрещен. Идет передача».

Смена телевещания, работающая на передачу новостей, состояла из девяти человек: трех телеоператоров, инженера по связи, двух видеоинженеров, в нужный момент пускающих нужную запись, двух комментаторов — основного и спортивного (сводка погоды шла в записи) и охранника, выполнявшего также функции переносчика аппаратуры.

Матвей «отключил» охранника, а его сопровождающие, отлично знакомые со студийной телеаппаратурой, отогнали операторов от телекамер и дали заставку.

Миллионы телезрителей по всей стране, интересующиеся программой новостей, с удивлением глядели на опустевшие экраны.

Комментатор, молодой симпатичный парень, дернулся было к телефону, однако застыл, заметив направленный на него ствол пистолета.

— После выхода в эфир у нас будет всего три минуты, — тихо напомнил Матвею напарник с пистолетом.

Матвей подошел к телекомментатору, с любопытством разглядывавшему ворвавшихся гостей, сказал, изменив голос:

— Принимайте «Чистилище». К сожалению, иного способа сказать о себе правду мы пока не нашли. Вот наше заявление, прочитаете?

Комментатор глянул на листок плотной бумаги с тисненым золотым кинжальчиком.

— А если откажусь? Застрелите?

— Нет, но вынуждены будем «отключить».

— Давайте.

Матвей кивнул «чистильщику», заменившему оператора, и тот снял заставку. Комментатор встрепенулся, поправил очки и взял листок с текстом. Надо отдать ему должное, держался он неплохо, сказался опыт плюс изрядная доля эксгибиционизма[38], свойственного почти всем артистам.

— Господа, вынужден зачитать следующее заявление:

«Уважаемые сограждане! Организация „Стопкрим“, известная также под названием „Чистилище“, обращается к вам с заявлением.