Запрещенная реальность. Том 1

На кого замахиваетесь? И почему именно я должен анализировать, а не министр?

— К нему у меня прямого доступа нет, а в его окружении немало лиц, подконтрольных комиссии по коррупции. Да и ему самому веры мало, об этом говорят кое-какие штрихи из его биографии. А приказы, подобные тому, о котором вы сообщили, просто выходят за рамки законности.

— Так вы далеко зайдете в своих подозрениях, — недовольным тоном сказал генерал, пряча папку в сейф, но в голосе его не было уверенности. Вернулся к столу. — Итак, коллеги, это была прелюдия. Вернемся к делам конкретным.

Первое — расширение сети, второе — координация сил. Слушаю ваши предложения, Александр Викторович.

— Мы установили адреса полутора десятков человек, подозреваемых в связях с «Чистилищем», — начал Синельников. — Предлагается одноразовая операция по их захвату, требующая хорошей подготовки и большого количества оперов. Но стрелять без нужды…

— Понял. Готовьте группы. Только учтите, не мы одни будем участвовать в операции, придется поставить в известность и ФСК, и министра, чтобы не получилось накладок. Учтите еще и то, что преступный мир со своей стороны тоже будет готовиться, так сказать, «помогать» нам.

Купол, насколько я знаю, очень недоволен деятельностью «Чистилища» и пустит по нашим следам своих специалистов по «мокрому» делу. Вам ясна моя мысль?

Синельников покосился на Зинченко.

— Если все мы «под колпаком» у Купола… извините за тавтологию, то, закидывая сети, мы тем самым напрямую объявляем мафии о своих планах.

— Можете предложить что-то другое?

— Я могу, — вмешался Зинченко. — Аналитики есть и у вас, и у нас, и у Купола, и все работают по разработанным стандартным тестам, зная, как будет действовать тот или иной профессионал.

Мы с шефом разработали пакет рекомендаций, способных озадачить чужих аналитиков. Предлагаю ознакомиться.

Генерал глянул на часы, кивнул:

— Это ваша компетенция, полковник. Подключите Глеба Максимовича, Рудольфа Олеговича — и вперед. После обеда ко мне. Все ясно?

Синельников и Зинченко молча встали из-за генеральского стола с отечественной аппаратурой интеркома, телефоном «горячей линии» и многофункциональным телефоном японского производства.

Впервые это чувство посетило Матвея на Казанском вокзале, когда он появился там в кассовом зале, чтобы взять билет до Рязани.

Чувство можно было выразить двумя словами: тучи сгущаются! Откуда оно взялось, Матвей не мог объяснить, но интуиции своей доверял полностью. Что-то изменилось вокруг, сдвинулись массивы неосознанной информации, создавая вибрации полей, которые улавливались где-то в глубинах психики неизвестными датчиками, и у Матвея как бы открылся третий глаз, позволяющий ему видеть контуры будушего.