Запрещенная реальность. Том 1

Василий погнал «Понтиак» по еле заметной, заросшей травой дороге к воротам, распахнувшимся перед ними, и дальше вниз, к балке, пока не выехал к лесополосе. Остановил машину, оглянулся.

— Может быть, все-таки вернемся, поможем? Если это снова зомби, даже твоему гипермену придется туго.

Матвей не отвечая смотрел назад, на дом Горшина, там вокруг метались какие-то фигурки, мелькали огни, дымы, шла стрельба. Серебристый, отсвечивающий рыбьим перламутром «Шевроле» Тараса вынырнул откуда-то слева, притерся рядом.

— Что остановились? — Горшин тоже глянул на свой дом.

— С кем они воюют? И кто?

— Зомби. С такими же зомби, но с призраками, идеальными видеокопиями.

Над одним из строений поместья вдруг рассыпалось веером зеленое сияние, строение — нечто вроде гаража — превратилось в мыльный пузырь и лопнуло с режущим слух свистом.

— Эт-то еще что… — Матвей остановился, ощутив на затылке тяжелый угрожающий взгляд, схватил автомат с заднего сиденья.

Еще с одним строением — сараем для скота — произошло то же самое. Следом превратились в шары-взрывы и остальные сарайчики, постройки и погреба, лишь дом оставался самим собой, только налился оранжевым светом, будто раскалился докрасна.

— Езжайте, я догоню, — странным голосом произнес Горшин.

Матвей глянул на него и не смог отвести взгляд: глаза у Тараса светились, но светились многоцветно! Радужки глаз были поделены на четыре сектора, имеющих каждый свой цвет — желтый, зеленый, голубой и красный. И плавилась в этих глазах такая ненависть и угроза, что у Матвея волосы стали дыбом. В следующее мгновение Горшин рванул свою машину вниз, в балку, и исчез. Матвей очнулся, ткнул Василия в плечо, и тот погнал «Понтиак» вдоль лесополосы к шоссе.

Спустя несколько секунд их догнал странный вопль, полный тоски и силы и других не определимых человеческим языком чувств, в котором смешались орлиный клекот, рыдание, вой пурги и трубный зов слона. Вопль был так необычен и жуток, что даже у привычных к неожиданностям контрразведчиков вызвал приступ страха и желание заткнуть уши. Запомнили они его на всю жизнь.

— Ни фига себе! — пробормотал Василий спустя несколько минут, когда за лесом уже не стало видно ни дома Тараса, ни поселка. — Что это было?

— Конкере, — ответил притихший Матвей.

 — «Монарх тьмы». Вернее, его проявление.

Дальше они ехали молча.

Горшин догнал их через полчаса, посигналил и, когда «Понтиак» остановился, пересел к ним в машину. Он был угрюм, но спокоен.

— Поехали, довезете меня до Буденного, а там наши пути разойдутся.

— А «Шевроле»?

— Он мне больше не понадобится. К тому же боюсь, что на нем осталась печать зла.

— Ты… видел его?

— Кого?

— «Монарха»?

Горшин неожиданно засмеялся:

— «Монарха» на Земле нет, парень.