Запрещенная реальность. Том 1

Продавец — сонная и тощая девица в черных лосинах и майке — на вопрос, знает ли она Белого, лишь длинно глянула на Матвея, продолжая курить. Ее напарник, возившийся в углу, покосился на спрашивающего, но тоже промолчал, и Соболев поплелся дальше. Машину он оставил во дворе дома, располагавшегося неподалеку от ресторана «Маяк»."

"Второй киоск был сродни первому, и Матвею ответили, что ни Белого, ни Черного, ни Бежевого не знают. Зато третий — красивый павильон с витриной, заставленной бутылками престижных ликеров и вин, торговавший, кроме того, обувью, мехами и куртками, — оказался владением таинственного Белого.

Во-первых, Матвей обратил внимание на перстень в форме человеческого черепа на пальце одного из киоскеров — огромного небритого детины с бородой и усами запорожца. Точно такие перстни носили крепкие ребятки, приходившие к Илье разбираться во время визита к нему Соболева. Во-вторых, после вопроса Матвея ребята — их было трое — сразу насторожились, и атмосфера в павильоне буквально «зазвенела» — Матвей остро чувствовал любое изменение психологической обстановки.

— Вали отсюда, очкарик, — прохрипел рыжий молодец, вскрывая банку пива. — Не знаем мы никакого Белого.

— А чо грубишь? — укоризненно спросил Матвей тонким голосом. — Может, я хочу у него кое-что купить.

— Вали, вали, я сказал. Глухой, что ли? Или хромой на голову?

Матвей опечалился:

— Ну вот, опять убеждаюсь в том, что обезьяна произошла от одичавшего человека. Не от тебя ли?

— Ах ты козел! — Бородатый плеснул пивом в окно выдачи товара, но промахнулся. — Ник, выйди поговори с интеллигентом. — Из павильона вышел Ник — мосластый и губастый, в пластмассовой кепке и в черной майке и шортах. Ни сказать, ни сделать он ничего не успел: Матвей, владевший приемами варма-калаи[15] в совершенстве, точным щелчком поразил парня галькой в солнечное сплетение с расстояния в два метра и спокойно прошел мимо согнувшегося киоскера в раскрытую дверь павильона. Щелчком в лоб он отключил второго продавца и сказал вскочившему буйволовидному детине:

— Так ты скажешь, где контора Белого?

— Ах ты сука по… — Детина не закончил, так как ноги у него внезапно ослабли, подкосились и он вынужден был сесть на ящик из-под обуви.

— Не повезло тебе, — сочувственно сказал Матвей. — Если я равнодушен к дуракам, то очень не люблю хамов. Же не компран па?

— А? — раскрыл пасть бородатый, икнув. — Чо?

— Ничо, шутю я. Не компран ты, гляжу. Говорить будешь или начнем копать яму?

В киоск ворвался опомнившийся мосластый продавец в черной майке. Пришлось Матвею аккуратно уложить его лицом вниз на пол гибким змеиным движением айкидока, пропускающего удар.