Запрещенная реальность. Том 1

Вспомнилась последняя встреча с Ельшиным-Конкере, когда тот вышел из замаскированного лифта. Сомнений не было, именно тут начинался ход вниз, в секретный бункер генерала, откуда он вызывал Монарха Тьмы, а деревянной коробкой могли быть лишь остатки книжного шкафа или пенал лифта.

— Ищи лопаты, — сказал Матвей.

— Я почти ни фига не вижу.

— Включай фонарь, до восьми утра сюда точно никто не сунется.

Подсвечивая себе фонарями, они обошли площадку и обнаружили необходимые инструменты — от ломиков до кирок и лопат.

— Будем долбить по очереди. Сначала я — ты покараулишь снаружи, потом наоборот.

Матвей включил темп и начал работу. За пять минут выдохся, но и углубиться в землю успел больше чем на полметра. Василий копался дольше, минут десять, его режим не был столь скоростным, зато и он прошел не меньше. Еще через четверть часа они добрались до деревянного щита, который, как и предполагал Матвей, оказался платформой лифта. Стены лифта с потолком отсутствовали, — то ли были разрушены, то ли так было задумано конструктором, а плита пола ходила по направляющим, поддерживаемая двумя рычагами и фиксатором.

— Нам туда, — кивнул на платформу Матвей.

— Как?

— Придется разбить площадку и спускаться на веревках. Глубина шахты метров десять.

Василий не стал уточнять, как его напарник определил глубину колодца, спрыгнул вниз и взялся за ломик.

Стараясь не стучать громко, они разобрали платформу лифта. Взору открылся прямоугольный колодец с бетонными стенами, четырьмя направляющими и двумя архимедовыми винтами. Время торопило, поэтому друзья не стали долго разглядывать ход, просто сбросили вниз веревку, которую взяли с собой, и Матвей первым спустился вниз.

Когда он достиг дна, «свечение» ментального следа стало таким ярким, что не оставалось сомнений — ход вел в бункер связи с Конкере. «Светилась» даже дверь, выходящая в коридор из шахты лифта, а также пол коридора и вторая дверь, ведущая в подземное убежище Ельшина."

"— Спускайся, — высунул голову в шахту Матвей. Через минуту Василий стоял рядом.

— Чей-то мне не по себе, Соболь. — Он шагнул в дверь, обходя Матвея, задел какой-то выступ, и в то же мгновение вверху грохнул взрыв, обрушивая в шахту лифта с десяток тонн земли, бетона и кирпича.

ПЕРЕСЕЧЕНИЕ

Председатель Комиссии по вопросам помилования Тимур Аркадьевич Простатов возвращался с литературной тусовки в ЦДЛ в благодушном настроении. Членом Союза писателей он не был, зато имел друзей — писателей и поэтов, любил посидеть в их кругу, послушать окололитературные сплетни. Особенно нравились поэмы и эпиграммы поэтов — Иванова-среднего и Кафта-старшего.